Глава 3 Насекомые
Богиня, что это за насекомые? Это какие-то местные клоуны?
Сейчас поглядим. Они есть в памяти Сержа, да только ты, к сожалению, не можешь ею воспользоваться. В общем, тот, что посередине — Шуба, остальные двое — Ржавый и Лысый. Местная шантрапа, которая считает себя настоящими преступными воротилами, хотя на самом деле твоего возраста. Были твоими одноклассниками, пока два года назад их не выгнали из школы. С тех пор они промышляют мелким криминалом, в том числе, трясут деньги с тех, кто помладше. Как и все преступные элементы этого мира, не любят реадизайнеров, потому что те работают на страну, а это, как они называют, «западло». У тебя они тоже периодически отнимали те немногие деньги, что ты зарабатывал в свободное от школы время, а теперь, когда выяснилось, что у тебя дар, обозлились еще больше. Опасности они не представляют — ну, по крайней мере, для такого, как ты.
Я смерил взглядом этих странных существ, которые и в самом деле не внушали никакого страха. Скорее уж они вызывали улыбку своими нескладными фигурами, на которых одежда висела как на вешалке. По тому, как они стояли, как двигались, как держали себя, сразу было понятно — ничего опасного они из себя не представляют, даже подсказки богини для этого были не нужны. Они вообще ничего из себя не представляют. Потому и держатся втроем, что по одному им банально страшно. Знаю я таких, насмотрелся в трущобах Килгора. В драке, а что драка случится, я уже не сомневался, опасаться стоит только одного — что кто-то из них исподтишка ударит ножом или достанет из-под плаща балестрино, а то и пистолет.
Хотя откуда у этой шелупони деньги на такое оружие? Миниатюрный арбалет с локоть размером, а тем более пистолет — вещи сложные в изготовлении и дорогие. Мало кто мог себе их позволить, а уж такие уличные блохи — и подавно.
Да и плащей на них нет…
Да и арбалеты с луками в этом мире давно уже не в чести и используются только для развлечения. А балестрино вообще не изобретали.
Значит, тем более, бояться особенно нечего. А вот про луки это грустно, богиня. Очень грустно.
— Что притих, убогий? — лениво поинтересовался Шуба, медленно шагая ко мне. Остальные двое шли за ним, отставая на полшага. — Зазнался, да? Крутой теперь, реадизайнер целый! Куда там нам, простым пацанам, которые с тобой вместе учились, да? Даже не поздороваешься, да? Мы теперь для тебя грязь под ногами, да?
Он сам накручивал себя, видя, что я не реагирую на его слова. Стою, стараясь не улыбаться, смотрю на него и не реагирую. Если жертва, а они считали, что я именно жертва, не реагирует на провокации, такие личности сами себя начинают провоцировать, потому что, не дойдя до определенной точки кипения, они не станут атаковать. Им нужно убедить самих себя, что то, что они делают — правильно. Иначе они не почувствуют своей силы.