Поэтому спасибо тому, кто подумал о нас и не просто подготовил гостевую спальню, а еще и накрыл в ней ужин на двоих. Только увидев поднос с заботливо накрытыми металлическими колпаками, тарелками, я понял, насколько я голоден. И даже неважно, что именно там, я бы и подошву собственных ботинок сжевал бы, наверное. Только вот в ванну за ними идти было лень. За луком я бы еще сходил, но лук кто-то тоже заботливо принес сюда, в спальню.

Под колпаками оказалась красная рыба, то ли жареная, то ли запечённая — не пойми, с салатом из свежих овощей. Ника поморщилась, выбирая из салата морковь, и мы принялись за еду.

— А теперь расскажи, куда ты завтра собралась. — сразу решил взять быка за рога я.

— Помнишь разговор по телефону? Ну там, в гостинице? Когда я с прадедом разговаривала? Он мне как раз звонил напомнить о моей ежегодной поездке… В общем, каждый год, начиная с восемнадцати лет, я посещаю Винозаводск, это город такой. Там у меня есть дело… Оно не долгое, буквально на пару дней. Потом я вернусь.

— А что за дело?

— Рисунок видел у меня на животе? Ну, на боку, вернее.

— Само собой. — усмехнулся я.

— Это не просто рисунок, это сигма.

— Стигма? — не понял я.

— Сиг-ма. — по слогам проговорила Ника. — Или иначе — сигнатурная материя. Хитрая полулегальная методика нанесения татуировки твоим собственным рабочим телом. Ею пользуются почти все реадизайнеры, но все упорно делают вид, что никто таким не увлекается.

— И зачем она?

— Сигма увеличивает твои качественные показатели в реадизе. Или мощь, или дальность — как сам выберешь, такую сигму тебе и поставят. Но раз в год их надо обновлять.

— А почему именно Винозаводск? Это где вообще?

— Это далеко. Это даже не город, по сути, а ресурсный поселок, в котором добывается везиум. Собственно, с его помощью сигмы и ставят. Вся наша Линия ставит сигмы там, а мастер в ответ не разглашают имена своих клиентов. Такой вот бартер, похожий на монополию в рядах одного конкретного клана.

— Надо думать, что каждая Линия ставит свои сигмы в своих личных местах? — поинтересовался я, отколупывая рыбу от хребта. — А почему ты называешь это полулегальным?

Вкусная у них тут рыба. Никогда такой не ел.

— Примерно потому же, почему реадизайнеры не применяют оружие. Это считается вроде как позорным, хотя корни явления растут из другого. Если оружием не пользуются, потому что на его изучение нужно тратить время, которое реадизайнер мог бы потратить на изучение реадиза, то нанесение сигмы это как бы признание собственной слабости и нежелания работать над собой. Сейчас с сигмами еще даже просто — вот двадцать лет назад, как рассказывал мне прадед, они вообще были натурально вне закона… Ну, в смысле, иметь их порицалось среди реадизайнеров. И с носителя сигмы могли ее прилюдно срезать без всякого наркоза. Сейчас же это… Как мастурбация. Все это делают, но никто никогда в этом не признается.