Ника с радостью дала по тормозам, и, подняв тучу пыли, которая по инерции улетела вперед, грузовик резко замедлился вдвое.

В кузове царил хаос. Солнце редкими лучами пробивалось через прошитый пулями тент, по полу была разбросана экипировка и амуниция, заляпанные кровью, не говоря уже о Драйзе, который своей тушей перекрывал почти весь проход. Остро пахло бензином и разогретым на солнце железом.

Я обвел взглядом студентов:

— Раненые?

Трое подняли руки, две из них — перевязанные. У третьего, а, вернее, третьей, потому что это была Амина, была ранена нога, но все трое уже перевязались. Дон Йен так вообще здоровой рукой тягал в рот из шуршащего пакета что-то съедобное, будто рана вовсе ему не досаждала. Интересно, эти узкоглазые все такие невозмутимые? Что Широ был хрен пробьешь в эмоциональном плане, что этот…

Хотя они вроде из разных народов. Ну и разных кланов, понятно.

— Что жрешь? — грубо спросила Амина, отбирая у Дон Йена пакет. — И где взял?

— Так пайки же. — Ли кивнул на пластиковые пакеты, один из которых я вскрыл в поисках скиллтрита. — Хочешь?

— Хочу. — буркнула Амина, запуская в пакет руку. — Время уже к обеду, наверное.

Я еще раз обвел всех присутствующих взглядом. Уставшие, раненые, большинство почти опустошены в плане праны, а кто нет — опустошен морально. Долгое сидение под землей, побег из академии под градом пуль, тряска в кузове грузовика…

— Ника, тормози! — велел я. — Пять минут отдыха!

Ника не стала уточнять, все ли она правильно услышала, и все ли правильно поняла — она просто дала по тормозам, и грузовик быстро, но не резко, остановился.

— Я уж думала ты не простонала! — простонала Ника. — Ног не чувствую!

— А что с ногами? — не понял я.

— Педали далеко! Я чуть ли не на цыпочках вела! — пожаловалась Ника, открывая дверь и вываливаясь из кабины.

Я тоже вылез из кузова, прикрыл глаза ладонью, чтобы солнце не слепило, и подошел к ней. Осмотрел ее рану, а вернее, раны, потому что их оказалось две, бесцеремонно задрав пропитанную кровью одежду — те и правда выглядела лучше, чем я боялся. Крови было много, но раны не выглядели опасными — в них даже проглядывал металл пуль, настолько неглубоко они вошли.

— Вытащить? — спросил я, кивая на металл.

— Нет смысла. — поморщилась Ника. — Завтра уже и так выпадут. Само зарастет.

— Превосходно. — улыбнулся я, и перевел взгляд на Чел, которая наблюдала за нами, высунувшись в окно. — Чел, умеешь водить?

— Стало быть. — кивнула аэромантка.

— Тогда дальше поведешь ты.

— Эй, я вообще-то не при смерти! — возмутилась Ника.

— Определенно нет, раз так громко орешь. — вздохнул я. — Только мне не нужно, чтобы в самый определенный момент у тебя ноги судорогой свело. Дальше поведет Чел, и не спорь, мне сейчас не до того. У меня есть дело.