А из портала уже выпрыгивал новый реадизайнер — девушка, судя по фигуре. Белый короткие штаны, черная майка без рукавов, две сумки слева и справа на поясе, короткие черные волосы, а на лице — тоже прановая маска, только на сей раз — ярко-синяя. Крутнувшись вокруг своей оси, словно оценивая все творящееся вокруг, девушка взмахнула руками, словно разбрасывая конфетти. Только вместо конфетти в воздух взлетели два туманных облака, вырвавшихся из сумок на поясе.

— Нападение! — запоздало завопил кто-то из той части КПП, что осталась у нас за спиной. — Тревога!

Заунывно завыла сирена, девушка резко развела руки в стороны, формируя из облаков длинное копье из чистой воды, и отправила его на звук. Сирена смолкла.

А из портала уже выпрыгивал новый реадизайнер — на сей раз в красной майке и таких же ярко-красных штанах, и с оранжевой маской на лице. На ней было три отверстия — два для глаз, и третье — для дымящейся сигареты.

Солдаты вокруг нас, как один, развернулись в сторону новой угрозы, вскидывая оружие. Замыкающий Иллюзионист, секунду соображая, что делать, рванулся в сторону реадизайнеров, половина солдат быстрым шагом двинулась за ним, поливая из своих стволов новую угрозу.

Всего половина. Да еще и Иллюзионист остался с нами еще один.

— Вперед, бегом! — скомандовал Иллюзионист. — Перебирайте ногами, сучьи дети! В здание, в здание!

— Чел! — я дернул за руку оторопевшую аэромантку. — Сейчас!

Она перевела на меня потерянный взгляд, но потом моргнула, встряхнулась:

— Да. Сейчас.

Бабах! — рвануло где-то у нас за спиной.

Резкие звуки в любом случае заставят человека обратить на них внимание. Любого, даже самого тренированного. Тренированный на самом деле даже более уязвим перед такими отвлекающими маневрами, потому что в его подготовку изначально закладывается необходимость обращать внимание на все потенциально опасное. Да, он обработает информацию быстрее и отвлечется на меньшее время, возможно, даже, одними лишь глазами, но отвлечется обязательно.

Оставшиеся с нами противники на секунду повернули головы в сторону взрыва, и тогда я бросился вперед, прямо на Иллюзиониста.

Зря они нас не обыскали перед тем, как вести в здание.

Не все реадизайнеры презирают оружие.

Присев на первом шаге, я выдернул из ботинка обломок последней стрелы, который запихнул туда еще в грузовике. Сначала хотел запихнуть один из ножей, что мы нашли в амуниции управления, но выяснил, что, во-первых, он сильно выступает, обращая на себя внимание, во-вторых, в отсутствие возможности закрепить его на лодыжке — мешает ходить. Поэтому пришлось обойтись стрелой, насилу сломав ее пополам, а потом еще пополам