Увлечение пиромантией не привело ни к чему хорошему. Очередной эксперимент Ильвы вышел из-под контроля и вскоре детская, а следом весь второй этаж запылал алым пламенем. Алхимический огонь распространялся быстро и не требовал для своего поддержания никакого горючего. Заворожённая пляской пламени девочка наблюдала за распространяющимся пожаром, медленно отступая, лишь когда жар от подступающего огня становился невыносим.

Возвращающиеся с работы родители, завидев пламя, ринулись внутрь спасать своего ребёнка. Мать принялась искать Ильву на первом этаже, в то время как отец сразу бросился в сторону детской. Найдя заворожено смотрящую в пламя дочь, отец схватил её и постарался как можно быстрее покинуть дом. Выведя ребёнка наружу, он не обнаружил своей жены. Она всё ещё осматривала первый этаж, проверяя все потаённые уголки, в которых могла спрятаться испуганная девочка.

Оставив дочь под присмотром сбежавшихся соседей, отец вернулся в горящий дом, откуда больше ему выбраться было не суждено. Подточенные огнём перекрытия обвалились, и строение сложилось, погребая под собой родителей Ильвы. Выжить под горящими завалами было невозможно. Когда огонь удалось потушить, и прибывшие стражники принялись за разбор завала, обнаружили два обгоревших тела.

Всё это время наблюдающую за огнём Ильву сочли пребывающей в шоке и до начала растаскивания завалов увели к единственному оставшемуся родственнику. Девочка вырывалась, желая дождаться родителей и ещё хоть чуть-чуть понаблюдать за созданным ей всепоглощающим пламенем, но взрослые силком увели её с места происшествия.

После смерти родителей Ильва попала в дом своего деда, где познакомилась с работающей в роли ассистента Риной. Несмотря на случившееся несчастье, единственный оставшийся родственник не стал препятствовать увлечению девочки, наоборот, принялся наставлять её в пиромантии. Непонятно, случилось это из-за преклонного возраста деда и в связи с этим начинающего слабеть разума, или же, наоборот, родственник проявил изрядную мудрость, позволив изучать опасную дисциплину под своим присмотром. Рина склонялась ко второму варианту, ведь, несмотря на содеянное, Ильва не потеряла интереса к стихии, унёсшей жизни её родителей.

Моя же собеседница была сиротой и попала в ассистентки лишь чудом. Когда же дед Ильвы договорился о прохождении инициации в храме не только своей внучки, но и Рины, девушка стала безмерно благодарна своему благодетелю. Он подарил ей шанс на лучшую жизнь. Для сироты, не видящей от людей ничего хорошего, это сравнимо с чудом.