В любом случае я сторговался выгодно.

Пока хозяин лавки ходил за упаковочной коробкой, я достал лук и колчан, которые прицепил к поясу.

— Ого, да у вас есть куда их положить… Да и лук шикарный, — кучерявый мужичок чуть не сел от неожиданности, появившись вновь у прилавка. Он откинул в сторону уже ненужную коробку.

— Балуюсь иногда, — улыбнулся ему, перекидывая стрелы в колчан. Они были меньше тех, что оставались у меня, и деревяшки немного тоньше, так что даже наощупь не перепутаю.

После того, как мы сели в такси и отправились к центральной арене, я незаметно вытащил из пространственного кармана проснувшегося Пал Палыча.

И, конечно, тут мне на телефон позвонил Ямпольский.

— Ну ты где? Я уже подъехал, — сказал он в трубку.

— Я сам доберусь. Пришлось заехать кое-куда, — ответил я.

— Иван, это несерьезно… Ладно, — по голосу было слышно, как он сдерживает раздражение. — Смотри только, не опаздывай.

И бросил трубку.

— Серёг, надо чуть быстрей, — обратился я к таксисту, смотря на время. — Успеем за пять минут до центральной арены? Только к черному входу.

— Конечно, сейчас ускоримся, — Серёга кивнул и вдавил педаль газа в пол. Под капотом тут же взревело и нас с Жориком вдавило в кресло. Лихо вывернув в ближайший проулок, Серёга улыбнулся: — Так кто сегодня бьется на арене?

— Я, но против кого, пока непонятно, — ответил, будто это рядовое явление — выступать в премиальном бою на центральной арене столицы.

— Ох-хо-хо! — воскликнул Серега, ударив по рулю. — Так это ж надо смотреть! В общем, зарулю в ближайший бар, там есть тотализатор. Короче, ты понял. Буду за тебя болеть.

Я кивнул, скармливая Пал Палычу, пока есть возможность, шашлык с острым перцем, которые передал таксист. Котенок ел, будто держали его на голодном пайке. Но я-то понимал — рядом с хозяином и аппетит лучше.

Подъехали мы за пять минут до начала. Ямпольский встретил нас у черного входа и провел меня через знакомый коридор, затем мы вошли в комнату, и я переоделся в спортивную одежду, поменял обувь на удобные кроссовки.

— Есть один момент, Иван, — серьезно посмотрел на меня граф, — поединок смертельный, поэтому, сам понимаешь — либо ты, либо тебя. И засчитываться победа будет, когда ты прикончишь своего оппонента. Увы, личности бойцов на премиальных боях держатся в строгом секрете, поэтому до сих пор не знаю, кто против тебя будет. Но противник серьёзный, как мне сказали. Всё, удачи! Время!

Он провел меня по очередному коридору, и дверь отворилась. В уши врезался шум переполненных зрительных рядов.

Тот же ведущий в центре кричал в своё конусообразное устройство. Я не спеша прошел по песку, а за мной семенил Пал Палыч с гордо поднятой мордочкой.