— Все хорошо, — сказал Якут, опустив голову на песок. — Хороший был день. Я победил врагов, усилил стаю, повенчал Темного со Светлой, спас и в последний раз возлюбил свою женщину. Лучшего момента быть не могло. Меня ждет мой брат. Мы с вами снова встретимся, в сумеречном мире или в живом. А теперь я прошу оставить меня с Марьяной. Я хочу провести остаток времени с ней. Веда бросилась к волку, обнимая его в последний раз, и я сделал то же самое. — Прощай, Якут, — сказал я, часто моргая. — И спасибо тебе за все. Я провел рукой по волосам неподвижной Марьяны, отстранил Ведающую от вожака. Волшебница подкосилась, охнула, чуть не упала в траву. Я ее подхватил, взял на руки, отходя назад, глядя, как волк медленно закрывает глаза. С лунным безмолвием смешался горький плач Марьяны, и затем из-за деревьев раздался волчий вой стаи — короткий и торжественный, провожавший своего отца в последний путь. * * * Могилу оборотни вырыли без моей помощи к утру, хотя в общей работе поучаствовал Клумси. На погребении Якута никто не произнес ни слова. Все речи казались излишними, и я решил ничего от себя не добавлять. Стая понимала лучше, что нужно делать. Наши с Ведой костюмы и обувь успели высохнуть за ночь при жаре костра. Свой я даже немного подпалил, однако теперь подобные мелочи больше не занимали все мое внимание. Слишком много привычек от старой жизни осталось позади, отвалившись на удивление легко. Возможно, большинство из них я держал в себе нарочно. Вероятно, даже все. Стая разошлась. У опустевшего холмика осталась сидеть одинокая волчица, зарывшая лапы поглубже в свежую землю. Клумси подошел ближе к нам, поправляя ремень. — Сезон закончен, — сказал он. — Марьяна распускает стаю до следующего года. — Что она будет теперь делать? — спросила Веда, надевая мотоциклетные сапожки. — Они получили двадцать восемь лицензий на обращение. Марьяна за год разберется, на кого их потратить. — А ты? — спросил я, опускаясь перед Ведающей и завязывая ей шнурки по новой. — Что будешь делать, Клумси? Тебе не обязательно возвращаться в Москву. У тебя есть право на свою дорогу. И ты, похоже, нашел свою стаю. Клумси усмехнулся, потер подбородок. Борода у него растет, что ли? Давно уже пора. — Да, нашел, — подтвердил он. — Стаю, мотоцикл, занятие, место… Вику. Но вы двое — тоже моя стая. — Вику мы, так и быть, поселим на чердаке, — изобразил я задумчивость. — А из тебя, приятель, выйдет чудесный домашний питомец. — Да, — улыбнулась Веда. — Прикупим тебе корма на месяц. А дальше лови мышей