— Я тоже на это надеюсь, — ответил посол.
Проводив его до площадки и дождавшись, когда корабль взлетит, Таша в изнеможении упала на газон. Силы покинули ее, она чувствовала себя измотанной так, как будто пробежала пару десятков километров. Не отрывая взгляда от исчезающего в выси корабля, к ней бросился режиссер.
— Ташенька! Девочка моя! Умничка! — кричал он, тиская и тряся ее безвольное тело. — Ты настоящая героиня, твой репортаж станет нашей бомбой, мы покорим всю галактику! — радовался он.
Вслед за режиссером к Таше начали подходить коллеги и поздравлять ее. Правда, не все поздравления были искренними, многие головедущие завистливо косились на девушку, злясь на то, что сенсационный репортаж достался не им. Впрочем, бурная радость ребят из ее съемочной группы выглядела идущей от сердца.
Выслушивая потоки лестных и хвалебных слов, Таша мучительно захотела поблагодарить посла за то, что он помог ей в такой трудной ситуации. Если бы не он, то сегодня был бы последний день работы не только здесь, но и вообще на любом из голоцентров, просто потому, что ни одна студия не взяла бы на работу репортера или ведущего, который провалил такую сенсацию.
Надо ли говорить, что режиссер оказался полностью прав. Не прошло и часа с момента передачи сообщения по галактическим новостям, как к голоцентру стали прибывать скоростные корабли ведущих новостных компаний галактики. Узнав о взятом у посла интервью, все они заперлись с режиссером в его кабинете. Каждый из представителей компаний хотел выкупить права на первый показ этой беседы.
Таша еще не представляла себе, какой знаменитой станет через два дня. Мыслями она была в недавнем прошлом, вспоминая моменты интервью: странно, но этот нечеловеческий гость ей понравился и она хотела бы встретиться с ним еще раз.
Глава 6 Право на существование
Сидя в трюме крейсера, я вспоминал лицо девушки‑репортера, которая брала у меня интервью. Она мне понравилась — вела себя легко и непринужденно, вопросы задавала корректно и ненавязчиво расспрашивала обо всем.
— Кстати, — раздался голос Келлера. — А зачем ты дал интервью той девушке? Этого же не было в нашем плане. Да еще и помог ей, еще пара секунд — и она бы точно разрыдалась прямо в студии.
— Сам не знаю, как это вышло, — задумчиво ответил я. — Может быть, пожалел? Ведь ее выгнали бы с работы, если бы она, вместо вопросов ко мне, подняла рев на глазах стольких людей.
— Вова, я сколько раз говорил, что твоя жалость не доведет тебя до добра? — сердито заметил Келлер. — Вспомни школу и все то, что ты мне рассказывал про нее. Тебя там много жалели? Вспомни хоть пару случаев.