— Теперь про всеобщее образование, — перехожу к больной теме, — У казны нет денег на строительство школ и обеспечение их учителями даже в небольших городах. Чего говорить о сёлах? Пока школы и ремесленные училища будут открываться в крупных центрах, вроде Москвы, Нижнего Новгорода, Воронежа, Тулы или Гороховца. Где расход на себя возьмёт моя семья или богатые купцы с заводчиками при поддержке местных властей. У нас будет единая методика обучения, что позволит избежать многих сложностей. Но для весомой части учеников образование будет платным. Пока мы не в состоянии обучит грамоте даже посадских детей, чьи родители богаче простых работников и тем более крестьян. Сейчас в России двадцать школ и восемь училищ, включая семинарию, соответствующих высоким требованиям, предъявляемым министерством образования. Остальное — школы при монастырях или производствах, где дети могут обучиться грамоте и счёту. Но нельзя назвать это полноценным образованием.

— Государь, но ты обещал к 1691 году начать проект всеобщего образования. Мы под него открыли в Академии целый педагогический факультет. Заодно в нескольких городах проводится подготовка учителей из мелкопоместных дворян, купцов и служилых людей, изъявивших желание, — расстроено произнёс Истомин, — И как теперь быть? Учебники должны быть напечатаны к Новому году, а следующим летом намечено открытие сразу двенадцати школ!

Это мне известно. Сам участвовал в разработке пятнадцатилетней программы всеобщего обучения. Пусть она коснётся только городов и крупных сёл, но это гигантский прорыв! Если в стране грамотными станут всего двенадцать-пятнадцать процентов жителей, то сложно представить, какой толчок получит промышленность и наука. Даже если план даст результат в 1710–1715 году. Мы не какие-то наивные мечтатели и начали реформу с подготовки учителей, утверждения методичек и печатания учебников. Поверьте, это гораздо сложнее, нежели построить здание для школы или училища. Но казна не потянет таких расходов. О чём я честно сообщил двум соратникам.

— Нам придётся отложить проект на три года, а может, больше. Пока придётся довольствоваться тремя университетами и городскими школами. Новые учебные заведения мы сможем открывать только на частные деньги.

Значит, на войну деньги есть, а на образование нет? — с вызовом спросил ректор.

Слова Крайского резанули душу, но глупо обижаться на правду. К чести монаха, он выдержал мой хмурый взгляд.

— На армию уходит более шестидесяти процентов доходов казны. Я бы выделил денег на строительство новых школ. Но тогда придётся свернуть прививание людей от оспы и остановить строительство больниц. Сейчас достойные медицинские учреждения есть всего в шести городах. Через четыре года к ним присоединятся ещё двадцать. Выбирайте — грамотность или здоровье? — оба собеседника промолчали, — Вот и я с трудом принял решение.