А теперь ходу отсюда! И главное, не смотреть на патриарха. Или он думал, что я позволю ему дальше жечь людей? Это тупик! Пусть с церковными умниками готовится, и отстаивает свою правоту.

* * *

— Феденька! Ты живой и здоровый!

Мальчик полез обниматься, снова вызвав дисбаланс в моей душе. Мне сложно воспринимать десятилетнего пацана без учёта его будущих деяний. От нездоровых действий в его сторону меня останавливает только постулат насчёт окружения, которое формирует личность.

Я решил сам посетить женскую часть дворцового комплекса и заодно пообщаться с братьями. Встретили меня весьма бурно, не скрывая радости. Сначала я со всеми поздоровался, затем мы помолились и только потом расселись на скамьи. Женская часть выглядела весьма нарядно, снова смутив меня обилием необычной косметики. А так — обычные русские женщины и девушки. Кто-то покрасивее, иные дурнее. Но для меня они уже семья, оттого всё это неважно.

Иван и Пётр были в более простых нарядах и без головных уборов. Братья тоже обрадовались моему приходу. Вот с них и начнём. И вообще, я пока не готов к общению с женской частью семейства.

— Вы уроки сделали? Чего говорит Никита Зотов? Давно я с ним не общался.

Оба братца сразу покраснели, а Наталья Кирилловна с сёстрами начали улыбаться. Даже образ Софьи, корчившей из себя независимую особу, дал трещину. Передо мной сидела обычная девица, пусть и наряженная в богатые одежды. Но братьев она любила и баловала. В целом Романовы удивили сплочённостью и отсутствием склок.

— Вы меня огорчили, — смотрю на смущённого Ивана. — Ты же старше и должен показывать пример младшим. Как же так, Ванечка?

— Ты занемог, а мы все расстроились, что стало не до учёбы, — брат заломил руки. — Но есть здесь и моя вина. Обещаю восполнить знания в ближайшее время.

Не понимаю, почему Ивана считали умственно отсталым? Согласен, что у него есть проблемы со здоровьем. Впрочем, как у всех мужчин, рождённых Марией Милославской. Но мой младший брат вполне себе здравомыслящий подросток. Он знает четыре языка, любит читать и тянется к знаниям. Как и Петя, что неудивительно.

— Я тоже обещаю! Вот завтра же и займёмся! — воскликнул мальчик, ставший в моём времени императором. — А когда мы будем играть? Ты хотел прийти, перед тем как слёг. Мне уже вырезали и расписали новых воинов. И когда мы будем читать книгу того древнего латинянина?

Вот отсюда ноги и растут. Именно старший брат привил юному Пете влечение к военным играм. Сначала приказал солдатиков вырезать и даже создать макет целой крепости. Затем Фёдор увлёк Петра изучением истории. А перед болезнью царь пообещал прочитать и разобрать целый трактат «De re militari»,[2] до сих пор популярный в Европе. Также в планах было чтение трудов византийских полководцев и некоторых немцев, которых пока изучал сам Федя. Странно, почему его считают мягкотелым и миролюбивым? Воинственности мне нынешнему не занимать.