таком случае… ты не отделаешься обычной благодарностью.

– Какая банальщина, господин Романовски! – Демонстративно закатываю глаза и,

прижавшись к спинке сиденья, деловито складываю руки на груди. – Ты сам предложил

что-нибудь особенное! Я всего лишь пошла тебе навстречу!

– Я спросил – ты озвучила свои желания, – произносит, не сводя с меня жадного

взгляда. – А в качестве благодарности я хочу поцелуй.

– Еще чего! – возмущаюсь я.

Волна необъяснимого протеста прокатывается по телу, подхватывая каждый волосок на

коже. Я несколько раз хлопаю ладонями по бедрам, призывая его к серьезности. Я бы

топнула ногой, но в салоне машины довольно тесно.

– Ян, приди же в себя! Это я, Кристина. Няня твоя. Мы с тобой не виделись столько

лет, что за прошедшие годы какой-нибудь подросток мог родиться и вырасти. И почему

ты так ведешь себя, будто мы хорошо знакомы? Так, словно имеешь право со мной

флиртовать?

– Да почему бы и нет, Крис? Я слишком плох для тебя? – На его лице мелькает тень

обиды и раздражения. – Мне абсолютно фиолетово, какая между нами разница: десять или

пятнадцать лет! При чем здесь вообще возраст?

– Да при том! Ты ведешь себя как малолетка какая-то в свои двадцать три! Вижу цель –

не вижу препятствий.

– Это я-то веду себя как малолетка? – рычит он, наклоняясь все ближе и сокращая

дистанцию между нами. – Поэтому отдалась первому встречному в клубе? В отместку

своему мужу? Считаешь это взрослым поступком?

– Откуда?.. – На мгновение я выпадаю из реальности, изнутри прорывается неистовый

поток ярости, волнами неукротимого бешенства разгоняя кровь по венам. – Что?.. Ты?..

– Да, Корица, это был я! Неужели ты не узнала меня?

Ян цепляет край ворота черной облегающей футболки и чуть ли не рывком сдвигает ткань,

показывая фрагменты татуировок, которые я видела утром. Я же чувствовала, что что-то

не так… Слишком знакомые движения тела. Спина. Руки. Предплечья.

– Чего ты замерла? Уже забыла, как красиво я тебя трахал всю ночь? Как ты кричала и

просила повторить? Чувствовала ли ты в тот момент, забыв обо всем на свете, что

трахаешься с малолеткой?!

У меня нет ни секунды на размышления – горячие губы накрывают мои в глубоком, грубом,

по-животному властном поцелуе. Я всхлипываю, пытаясь отбиться от захватившего меня в

свои жесткие объятия хищника, но он только сильнее сжимает меня в тисках. Его

напористый язык, не находя преград, врывается в мой рот, и наши языки сплетаются в

какой-то сумасшедшей борьбе. Так яростно, будто от этого поцелуя зависит судьба

человечества.

Меня трясет как в лихорадке от осознания, что мой Бог Похоти из воспоминаний – это и