Вроде бы неплохо. Мне здесь не перед кем красоваться, я приехала ради того, чтобы
удержать остатки себя, почувствовать, куда двигаться дальше…
Ближе к восьми часам вечера спускаюсь вниз и моментально теряюсь в лабиринте комнат.
Где здесь кухня? Где гостиная? Иду наугад и натыкаюсь на картину, от которой
перехватывает дыхание.
Широкая мужская спина, загораживающая весь проем. Черная рубашка обтягивает
выразительный рельеф, под натянутой тканью бугрятся и перекатываются напряженные
мышцы, словно их скрытая мощь давит изнутри. Мужчина чуть откидывает голову назад и
подносит горлышко бутылки ко рту. Пьет жадно, большими глотками, и я не могу
оторвать взгляд от его каменных мышц. Темные, почти черные густые волосы, небрежно
закинутые назад, лоснятся блеском и притягивают мое внимание.
Точно такая же прическа была у… нет, нет…
Сердце сбивается с ритма. Бред какой-то! Обычное помутнение, реакция тела и разума на
воспоминания, которые вызывают взрывные и запредельные эмоции.
Мужчин с такой же прической и похожей фигурой, как у него,тысячи, если не миллионы по
всему миру. Я просто накручиваю себя, замечая – или нарочно выискивая? – совпадения
там, где их быть не может…
– Ян, милый, ты дома? Мы не слышали, как ты пришел! – за моей спиной звучит
щепетильный женский голос.
Мужчина резко поворачивается, и я – наконец! – вижу его лицо.
Глава 8
Глава 8
Не он.
Ну конечно это не мой страстный незнакомец из клуба.
Передо мной стоит повзрослевший Ян. Тот самый мальчишка, с которым я когда-то
нянчилась. Маленький пирожок, с которым мы лопали мороженое, жарили соленый попкорн,
играли в PlayStation и болтали о всякой детской ерунде.
Но как же он похож!.. Фигура, движения, схожие контуры татуировок на шее…
В этом мужественном образе почти невозможно узнать черты пятилетнего парнишки, с
которым я когда-то сидела по вечерам, учась на втором курсе университета.
Ян приподнимает бровь, и это выдает его удивление. Его серьезный взгляд скользит по
мне, затем уходит куда-то за мою спину.
– Да, мам. Мы дома, – спокойным голосом говорит парень, но я замечаю, как дергается
адамово яблоко в изгибе ворота его рубашки.
– Милый, ты же помнишь Кристину? – На мои плечи ложатся мягкие ладони Веры.
– Помню…
Он кивает, снова оглядывает мое лицо, на этот раз задерживаясь чуть дольше. Наконец
он улыбается:
– Конечно помню, Корица.
Я вспыхиваю, озаряясь ответной улыбкой от воспоминаний.
– Привет, пирожок… – отвечаю без промедления, щеки невольно начинают покалывать.
Продолжая улыбаться, парень закусывает нижнюю губу, и я готова поклясться, в этот