Он ничего не отвечает, только захлопывает дверь с моей стороны. Прожигая меня

взглядом через лобовое стекло, он неторопливо обходит машину и с хищной грацией,

будто рожден для этого движения, опускается на водительское место.

– Как тебе машина? – спрашивает, заводя двигатель.

– Суставы не хрустели, пока садилась, так что сойдет. – Я веду плечом и принимаюсь

разглядывать люксовый салон. Поднимаю голову, «ощупывая» глазами крышу. – А почему

не кабриолет?

– А должен быть? Хочешь, поменяю на кабриолет.

– Это шутка, пирожок. Сколько раз мне повторить, что я замужем? Да и ты не то чтобы

свободен.

– Для меня твое семейное положение ничего не значит.

– Ты слишком молод, и для тебя вообще мало что имеет значение. Даже твоя невеста… как

я вижу.

– Ошибаешься, Корица…

Его взгляд прикован к дороге, но расслабленная улыбка исчезает с лица, желваки играют

на скулах.

– Возможно… – не готова спорить.

– Тогда позволишь мне доказать обратное?

Он бросает на меня быстрый взгляд, в котором я успеваю распознать всю серьезность его

намерений.

– Что конкретно? Докажешь, что любишь Алекс? – издаю взволнованный смешок.

– Докажу, что способен дать тебе гораздо больше, чем твой недомуж.

Глава 11

Глава 11

Глава 11

Разумеется, слова Яна я всерьез не воспринимаю. Очень громкое заявление для парня,

который на четырнадцать лет моложе меня, живет в другой стране и понятия не имеет,

как я живу в своей. Он не берет в расчет мой быт, карьеру и личную жизнь. Он не

замечает преград – Андрея! – и уверенно полагает, что, сделав предложение одной,

можно без малейшего зазрения совести навешивать на уши толстые итальянские спагетти

другой. И не какой-то там случайной знакомой, которой утром бы сверкнул сексуальной

улыбкой, эффектно помахав ручкой и растворившись навсегда, а близкой подруге семьи.

Похоже, его наглость – врожденный талант.

Всю оставшуюся дорогу до пункта назначения я предпочитаю молчать. Не из-за

раздражения, а потому что не вижу смысла начинать разговор, который ни к чему не

приведет. Раз уж позвал, пусть ищет тему сам. И развлекает тоже пусть сам. Тем более

что шляпка и мобильный телефон благополучно остались в доме, и теперь я все больше

начинаю жалеть об этом опрометчивом решении.

Я не стану объяснять Яну, что за пустые обещания во взрослой жизни плата взимается по

высшему тарифу и никогда практически не осуществляется на выгодных условиях. Какой

смысл ему все это говорить и раздавать непрошеные советы? Помимо родителей, которые

должны были заниматься его воспитанием, у мальчика и своя голова на плечах есть.

Ян, как и любой ребенок, переживший развод родителей, тяжело переносил момент, когда