Я сделал шаг вперед и ощутил кожей прикосновение невидимой магической преграды. Как и в прошлый раз, преграда была упругой и неуловимой. Она ускользала, не давая возможности и не позволяя пройти сквозь нее.

— Волшебный мир, впусти! — громко и отчетливо произнес я.

И тут же услышал, как магическая преграда лопнула с тонким стеклянным звоном.

Рядом с часами в стене неизвестно откуда появилась дверь. Она была сделана из темного дерева и выглядела такой же старой, как и весь дом. Я заметил на двери искусно вырезанный магический символ. Взявшись за ручку, я потянул дверь на себя, и она открылась с легким скрипом.

Мы с Мишей оказались в просторном помещении с покатым потолком. Прямо в потолке были устроены наклонные окна, и сквозь них в помещение падал солнечный свет. С первого взгляда было понятно, что это мастерская скульптора.

Мне сразу бросились в глаза гипсовые маски, развешанные по стенам. Масок здесь было много, и все они изображали одно и то же мужское лицо. Одни маски выражали гнев, другие — боль, третьи — страх и отчаяние. От этих масок тянуло жутким магическим холодом, и я почувствовал, что по моей спине бегут мурашки.

— Дрянь какая, — сказал Миша, имея в виду маски. — Что это за гадость?

— Неизвестные работы скульптора Померанцева, — усмехнулся я, — те, которые он никому не показывал.

Краем глаза я уловил какое-то движение, повернулся туда и увидел домового.

Домовой стоял спиной к нам у дальней стены. Наклонившись над деревянным столом, он резал торт. Видимо, домовой тоже почувствовал наше появление. Он обернулся к нам, в его руке блеснул нож, и я тут же активировал артефакт времени. Время немедленно превратилось в вязкий кисель. Я буквально кожей почувствовал, как невыносимо медленно текли бесконечные секунды.

Домовой попытался добраться до нас, но увяз в этих секундах, как муха вязнет в липком варенье. Движения домового стали медленными. Он почти не двигался.

— Миша, забери у него нож, — попросил я.

На нас с Мишей замедление времени не действовало. Сева Пожарский предусмотрительно встроил в Плащи Скрытности защитное магическое плетение.

Миша шагнул к домовому и без труда отобрал у него нож. Затем ловким движением защелкнул на худых запястьях магического существа специальные кандалы. Невежливо взяв домового за шкирку, он толкнул его в старое кресло, которое стояло возле окна. Кресло протестующе скрипнуло.

— Он больше не опасен, — сказал Миша, вертя в руках нож.

К сточенному от времени лезвию прилипли крошки бисквита. Я отпустил в кармане фигурку инженера Изюмова, и время снова потекло, как обычно.