— Кента.
— Во-во. Давайте возьмём его с собой.
— Почему бы и нет, — улыбнулся Канэко. — Сходи за ним. Он, наверное, уже извёлся, опасаясь, что мы начнём что-то делать без него.
— Я мигом, сэнсей! — Хизеши помчался обратно вверх по лестнице.
— На кой нам тащить туда ещё и этого Кенту?! — недовольно спросила Аяко. — Он меня нервирует!
— С чего это? — поинтересовался старейшина.
Мы уже дошли до нижнего этажа, где охранник принялся открывать для нас дверь в подвал.
— Кто этот Кента? — спросил я.
— Сын одного из старейшин, — ответил кэндзя. — Нам пришлось поделиться с ними кое-какой информацией. И теперь он здесь, чтобы проследить, что интересы клана Куросай не пострадают.
— Это сынок Акайо Фурукавы, — добавила Аяко. — По-моему, он псих!
— Просто самолюбивый и импульсивный молодой человек, — поправил её Канэко.
— Так зачем он здесь понадобился?
— Думаю, клан Куросай считает нас немножко слюнтяями, — ответил кэндзя. — Хочу показать, что это не так. Пусть знают, что Ки-Тора не слаб — ни духом, ни телом.
Мы вошли в подвал. Помещение было очень чистым и хорошо освещённым — это стало ясно, когда Канэко щёлкнул выключателем. Посреди бетонного пола имелся железный люк с кольцом.
— Замок электронный, — пояснил старейшина, доставая пластиковую карту.
Он провёл ею по специальному разъёму, замаскированному под обычную щель в полу, и быстро набрал код. Щёлкнули запоры, и пружины приподняли крышку люка.
В этот момент в подвал вошли Хизеши и молодой человек с красными волосами. Он смотрел настороженно и недоверчиво.
— Что, уже? — спросил он, взглянув на меня.
— Нет, просто небольшая прогулка, — сказал Канэко. — Я подумал, ты захочешь составить нам компанию.
Хизеши, тем временем, подошёл к люку и без видимого усилия поднял его.
— Прошу! — сказал он, оскалившись.
— Куда мы идём? — спросил Кента, не двигаясь с места.
— Заманиваем тебя в погреб, а там расчленим и после вышлем папочке по кускам, — хохотнул Хизеши. — Смелее, бензопилы не любят ждать.
Сын главы клана Куросай побледнел от ярости. С юмором у него явно имелись серьёзные проблемы.
Аяко демонстративно закатила глаза.
— Завязывай, Хизеши! — проговорила она.
— Зрелище не для слабонервных, — сказал Канэко, глядя на молодого человека. — Нелегальный бой. Слышал о таких?
— Ещё бы!
— Бывал на подобных матчах?
— И не раз! — в тоне молодого человека прозвучал вызов.
Про Хизеши он забыл. Наверное, его отвлекли слова «не для слабонервных». Теперь Кенте явно хотелось доказать, что он кремень.
— Верно говорят: кто тебя злит, тот тобой и управляет, — пробормотала Аяко, но услышал её только я.