— Ни того, ни другого. — Марго подумала-подумала, да и залезла в ванную, а после положила руки на ее края.— А что, прикольно придумано. Знаешь, если бы я была живая, то из принципа тебя сейчас трахнула. Нет, серьезно. Просто не факт, что когда-то еще такая экзотика повторится. Ну а Аркаша твой, сдается мне, тот еще фрукт, который усиленно под дурачка косит. И не говори, что ты сам думаешь по-другому. Не поверю.

— Само собой. — Я подошел к окну и уставился на город. — С самого начала ему особой веры нет. Но ты понимаешь, в какой-то момент сомнения в его притворстве начали возникать. Невозможно же так переигрывать? Прямо с перебором? Просто на тарелочке выкладывать то, что он неискренен от и до?

— Ну, может, специально так переигрывает, чтобы ты подумал, что он не притворяется, а на самом деле все не так, — предположила Марго. — Хм. Сама не очень поняла, что сказала, но ты вроде осознал, что я хотела до тебя донести. Ладно, дело к утру катится, вон и небо начало светлеть, то есть времени осталось всего ничего. Ты ложись спать, а я пойду перекушу.

— Эй-эй! — остановил я начавшую выбираться из джакузи вурдалачку. — Только давай так, чтобы к нам потом претензий не возникло, ладно? Повторю то, что уже сегодня говорил: это не наш город.

— За дуру меня не держи, — как-то даже вроде обиделась Марго. — Я знаю и законы, и правила приличия. Я, когда мы сюда ехали, больничку приметила, вот в нее и наведаюсь. Наверняка там банк крови есть, а при нем, глядишь, кто из наших и состоит. Деньги есть, на пару-тройку гемаконов хватит.

Это да. Вурдалаки часто заводят полезные связи среди персонала в больницах и пунктах сбора крови, особенно больших. Никогда не знаешь, в какую сторону развернется колесо фортуны, а голод крови — штука страшная и беспощадная, хуже любой наркоманской ломки, он довольно быстро может довести любого, даже очень матерого вурдалака до безумия, а после ведь придется отвечать за то, что ты в этом состоянии натворил. Потому и не жалеют скуповатые кровососы денег на то, чтобы сойтись поближе с младшим медицинским персоналом и охранниками, то есть теми, кто всюду доступ имеет, но при этом никогда никому в глаза не бросается.

— Давай, — кивнул я, а после зевнул. — Не получится — разбуди, будем что-то думать. Если денег не хватит — скажи. Ты же вроде как в командировке, тебе суточные полагаются.

— Главное, чтобы после ты с меня отчет с чеками не потребовал, — как-то невесело рассмеялась вурдалачка. — Н-да. Прямо как в старое доброе время…

Кажется, я уснул еще до того, как за ней хлопнула дверь. Прямо стоя, словно боевая лошадь. И как она вернулась, тоже не слышал, спал, что бревно, до того самого момента, пока меня из небытия смартфон не вырвал своими будильничьими трелями. Между прочим, всего на пять минут опередив Аркашу, который робко постучался в дверь, а зайдя внутрь, не менее застенчиво осведомился, пойдем ли мы завтракать. Мол, внизу уже давно кормят всех тех, кто оплатил питание при бронировании, а мы именно таковы.