К сожалению, трактом он назывался номинально и часто колебался, в том числе ныряя вниз, где собрались здоровенные лужи, если так можно назвать чёртовы озёра под стволами деревьев.

Из плюсов — это ковёр из еловых иголочек и листвы. Ковёр был мокрый, хоть выжми, но ноги по нему не скользили, а на обувь не набиралась грязь.

Солнце ушло за полдень, когда мы свернули с тракта и прошли по путанным лесным тропам.

Орофин попросил к себе Хайцгруга и ещё двоих орков, которые были местными уроженцами и в прошлом охотниками.

Вместе они выбирали путь, каким-то странным образом ориентируясь в лабиринте лесных тропинок.

Я в процесс не вмешивался. Во-первых, потому что мойПтичий пастух из-за плотного переплетения ветвей ничем не мог помочь. Он мог загнать птицу лететь ниже уровня крон и это здорово помогало бы обнаружить врагов, но не давало никакого представления о маршруте.

Ну а во-вторых, как говорил какой-то там бизнесмен от АйТи, бессмысленно нанимать профессионалов и указывать им, как действовать. Ты нанимаешь профессионалов, чтобы они тебе указали, как действовать.

Но грязи тут тоже было немного, а лужи мы по-прежнему старались обходить, несмотря на возмущения наших орков о том, что надо переть напролом, это истинное мужество и крутость.

Через три часа быстрого марша Орофин передал мне черезРой сигнал.

Я отдал команду:«Стоп» .

Команда выполнялась в режиме лейтенанта Дэна, то есть синхронным выполнением концепции «пригнуться и заткнуться».

Вся колонна замерла, сливаясь с лесом.

Один из гоблинов ловко, как шимпанзе, вскарабкался на дерево, а я подключилсяРоем к его зрению.

Передо нами была вырубка, поросшая густым папоротником, высотой по меньшей мере, метр. А посредине громадной, но не покошенной (а это, ребята, бардак!) вырубки, как на ладони, лежал «Янтарный приют».

Неестественно красивый, словно сошедший со страниц книги сказок, комплекс из нескольких бревенчатых зданий. Обнесённый невысоким идеально ровным частоколом, всё крытое сверкающей на солнце медью.

Главный дом, двухэтажный, с широкой верандой.

Рядом небольшой дом прислуги, он же казарма, конюшни, баня и несколько хозяйственных построек. В окнах главного дома и казармы горел свет.

На пределе слуха гоблин слышал пьяный смех и обрывки какой-то песни.

Снаружи частокола, как и по самой вырубке, никто не ходил, не патрулировал.

Наша группа стояла, я переместился к «голове», к Орофину.

— Орофин, ну что, нам нужен привал. Придумаете что-то с Хайцгругом? Чтобы сухо и незаметно.

— Можем сразу напасть.

— Давай не будем бежать впереди лошади, народ откровенно устал, причин для паники и спешки у нас нет, за ночь ничего не изменится.