— Обсуждать произошедшее в долине Мооф разрешается исключительно в пределах этого отряда. Для всех остальных мы совершали разведывательный рейд на границах Газарии, боялись появление новых врагов, использовали магию, в бой не вступали. О своих новых уровнях тоже запрещено рассказывать. Прошу помалкивать, иначе вы будете казнены. Властью полубога я налагаю на вас магический запрет говорить о вашем росте способностей и о новом статусе Фомира.

Парочка магов, которые были ближе всего ко мне, сглотнули. В принципе все и так знали, что я с некоторыми вещами не шучу, а статус полубога разгонял мою харизму до невероятного уровня. Мои слова их впечатляли больше, чем заложенная в них угроза.

— А что же боги? Ладно сейчас, мы сохраним тайну, но рано или поздно, — начал Ластрион.

— Эпоха их тотального контроля подошла к концу. Несколько дней назад в Цитадели маленькая девочка, при хорошей, надо сказать, организационной поддержке, сварила антидот от магии нежити. Этна уже является Высшей ведьмой, чей потенциал превосходит любые древние ковены. Баланс сил меняется необратимо. Вопрос только в том, будем ли мы в авангарде этих изменений или к нам припрутся вражеские монстры, а нам будет нечем ответить. Напоминаю, что такое уже было и мы выстояли чудом.

— Текущие приказы? — подал голос Свен и ему поддакнул Шот.

— Да, босс, мне бы вернуться в Мистрас. Можно? Меня там ждут розыскные мероприятия.

— Ну да, дело пойдёт бодрее, твои способности выросли многократно. Каждого из вас. Приведите себя в порядок в казармах и можете пользоваться порталами, возвращаться по своим местам.

— Ластрион, ты нам активируешь портал? — спросил Шот.

— Ты не понял, Шот, — усмехнулся я. — Теперь каждый из вас, даже далекий от магии порталов, может их открывать. Ну, при условии, что Фомир, Ластрион или я не наложили ограничения.

Шот задумчиво кивнул, почесав подращённую на манер гномьей, бороду. Длительное пребывание среди подгорного народа дало свои плоды.

Остаток дня и ночь я позволил себе отдохнуть, а утром собрал совещание в штабе.

Для подавляющего большинства командиров прошедшие сутки были лишь очередной сменой дня и ночи в рамках подготовки к войне.

И только один человек за этим столом знал о том, что за эту сутки мы сыграли короткую партию и получили преимущество в глобальной войне. Фомир.

Да, таков мой план. Каждый следующий ход должен делать нас сильнее, иначе не имеет смысла делать этот самый ход.

Фомир сидел рядом с Новаком и делал лицо стройматериалом. Внешне он не изменился.

Иртык сказал мне вечером, что я стал будто бы выше, сильнее, голос громче и появился блеск в глазах.