Он собирался помножить меня на ноль.
Даже будучи разумным существом, сейчас я не думал, не анализировал и спустился к его модели, на уровень действий и инстинктов.
Там, на уровне инстинктов, я смогу выкрутиться или умру, раскинув остатки своего тела (Соббек буквально жрал своих врагов) по дорогому ковру.
Но к своим инстинктам я всё же прибавлял изощрённый ум.
Божество, на пару секунд демонстрирующее мне свои великолепные и по прочности не уступающие никакой стали клыки, взяло в прицел мою ставшую незащищённой шею.
В моё растянутое, искажённое бешеным темпом драки, сознание паника тем не менее не пришла. Я по-прежнему не боялся, а мой разум искал выход.
Глава 17 Зерно
Левая рука — бесполезное месиво. Правая — работает.
В куртке была парочка ножей скрытого ношения, однако куртка валялась в нескольких метрах. То есть, с таким же успехом она могла быть в сердце гор Быки.
Однако на поясе, плотно прилегая к бедру, покоились старенькие ножны. Я просто не успел их снять. В них — затёртый до матового блеска гномий пехотный тесак, приобретённый на рынке в Алаторе, когда мы воевали против орков и я был простым бароном.
Это оружие с широким мощным лезвием, которое хорошо точилось и часто применялось мной не как боевое, а как нож выживания, когда нужно было резать ветки, что-то ковырять, копать или исполнять иную роль инструмента я неизменно таскал на поясе.
В этом оружии не было изящества или скрытого смысла. Никакой встроенной магии, рун, зачарований. Утилитарный кусок закалённой стали, выкованный для труда и боя на короткой дистанции.
Я рванул нож с пояса на том простом основании, что больше ничего у меня не было. Не стал, да и, наверное, не смог бы замахнуться.
В этом смертельном капкане, придавленный к паркету, я был лишён пространства для манёвра.
Повинуясь скорее интуитивному порыву, я двинул руку вперёд и вставил клинок в рот врага остриём вверх как примитивный кол. Рот его полыхал огнём и моя рука, даже будучи под прикрытием алтаря в крепости Марка, немедленно получила ожоги.
Это меня не остановило, я без пары секунд покойник, поэтому свою диверсию я довёл до конца.
От неожиданности, того, что внутри его пасти возник внеплановый предмет, Соббек сомкнул клыки и верхняя челюсть немедленно напоролась на гномью сталь.
В этих условиях его рефлексы оказались сильны и он вместо того, чтобы отпрыгнуть и убрать мою руку вместе с ножом, даванул что есть сил.
Кости предплечья заскрипели. Рука оказалась между клыками, но пальцы всё равно подверглись чудовищному давлению.
Колоссальная мощь смыкающихся челюстей и скорость реакции сработали против своего хозяина. Зверь вдавил тонкий кончик тесака в не особенно защищённую часть собственного черепа. Металл без проблем пропорол мягкую слизистую и продавил кость.