А вот и она, протока эта самая, и опять огромная лодочная стоянка. Богато жили голландцы, сыто и мирно. А вышло вот так — все погибли, а это все осталось. И не злорадствую я, мне людей этих жалко до слез, просто… страшновато даже. Работали, зарабатывали, копили, брали кредиты, что-то планировали — а потом вот так, только это добро и осталось. А его владельцы — вон я даже отсюда вижу, как они по улицам бродят.
Так, здесь по карте есть хитрый канал, идущий петлей. По идее, я по нему должен добраться до нужного места, не напоровшись на неприятности. Для снайпера позиция будет слишком далекая, так что секрета быть не должно, а просто так людей рассылать во все стороны они не станут, я думаю: не так уж их и много должно быть. Будем надеяться на то, что нас с той стороны никто не встретит.
Ага, вот вход в канал… да, точно, он же прямо из лодочной стоянки. Туда и идем. Мелькнули пирсы, лодки закачались на волне, поднятой моим РИБом, затем берега резко, словно с разбегу, сошлись почти вместе, втиснув меня в такой узкий канал, что больше ручей напоминал. Но все равно лодки, сплошные лодки вдоль всех берегов. За мной расходятся «усы», слышу плеск воды о крутые, хоть и низкие, берега. Сбросил скорость почти до минимума, чтобы быть тихим-тихим, незаметным-незаметным. Я сюда не на прогулку, я сюда по делу.
Серо, мокро, сыплет дождь, и если честно, то страшновато. Я вроде бодрюсь-бодрюсь, но понимаю, что против целой банды я сила небольшая. Один неверный шаг, какой-то намек на невезение — и все. А мне домой надо, в Москву. И этого дела я тоже оставить не могу, надо его закончить. Как? А вот как дело к концу пойдет, так все и пойму. Сейчас этим не надо голову загружать.
Вот он — маленький, крошечный, квадратный, но все же густой и все же лесок на самом берегу. Он меня прикроет, и отсюда я смогу понаблюдать за островом.
Лодка мягко и пружинисто ткнулась в берег надувным бортом и упруго отскочила назад, чуть ли не на середину канала. Вторая попытка пришвартоваться тоже оказалась неудачной — как мячик об стенку. С третьей все же притерся, закинул нейлоновый канат на берег, зацепившись за кусты, подтянулся.
Лесок заставил выругаться матом. Это был не лесок, а дренажный пруд, заболоченный и заросший густым высоким кустарником. Но все же на краю его удалось найти более или менее сухое место, устроиться, натянув на себя импровизированный «гилли». Глянул в бинокль — остров как на ладони. Отлично, будем высматривать на нем засаду на меня. Если бы я был там главалбанцем — я бы ее послал. Засаживать послал бы в смысле. А если бы я был засадой, где бы я был?