К радости моей, самая последняя улочка, параллельная причалу, та самая, на которой я недавно отстреливался от мертвецов, была почти пуста. Валялось несколько растащенных и смердевших костяков — то, что осталось от упокоенных мной мертвецов. Толстая грязная гнилая женщина стояла посреди улицы, поначалу неподвижно как статуя, но, когда фургон прошел возле нее впритирку, вдруг резко заворочала головой. И я увидел в зеркало, как она вперевалку пошла следом.
Вот «дейли», стоит как стоял. Высокий, на мощных колесах, белый, точнее, светло-светло-серый, с логотипом фирмы на двери, с виду вполне свежий. Даже резину успел глянуть — еще хоть куда, вокруг света на ней можно прокатиться. Вот ключи наготове, уже в руке. Вот автомат, висит у меня на груди стволом вниз. Я готов.
Остановился почти дверь в дверь, чтобы свести к минимуму перебежки, огляделся — кроме бредущей толстухи, никого не вижу. Выбрался из машины, подергал дверь «ивеки» за большую пластиковую черную ручку — заперто. Это ничего, вот ключ у меня — тогда еще прихватил, не уронить только, как в кино, чтобы потом торчать задницей из-под машины, в то время как сзади подкрадывается монстр. Сильны голливудские штампы, сильны, пальцы чуть сами не разжались, чтобы ключи уронить — типа, саспенса добавить.
Замок провернулся, дверь отперлась, открылось нутро машины, пахнущее затхлым воздухом и сыростью. Но это не страшно — эти запахи теперь как надпись, сапером сделанная: «Проверено, мин нет!»
А вот и толстуха появилась, быстро она как-то… отожралась на убитых? Выскочила из-за фургона, поймала зайчик лазера лбом и сразу нарвалась на короткую очередь. Толкнуло в плечо, тяжелая туша упала, запнувшись одной слоновьей ногой о другую, с таким звуком, словно тюк мокрого белья уронили.
Ладно, не хрен здесь отсвечивать! Подтянулся, заскочил в высоченную кабину грузовика-внедорожника, захлопнул дверь, заблокировался. Огляделся — да, все двери заперты, просто так ниоткуда не пролезешь.
А хорошо. И высоко, и обзор прекрасный, и даже интерьерчик хоть куда: очень симпатичный. Все удобно, все под рукой, за спиной еще трое сядут без проблем, просторно.
Гулкий удар о капот. Обернулся резко, столкнулся глазами с мертвым подростком. Мальчишка с длинными светлыми волосами, грязная белая куртка в обтяжку. Стоит, смотрит. Рука было потянулась к пистолету, но остановилась: через стекло стрелять, что ли?
Дизель завелся с пугающей до дрожи в позвоночнике паузой, но все же схватился, затарахтел, громко и с немалой вибрацией — трактор просто. Глянул на указатель уровня топлива — половина. И вспомнил про канистру солярки, которая так и осталась в фургоне. Идиот. Забыл.