— Не вы первый с животными, — сказал немолодой охранник с М-16 на плече. — Услуга платная, но так спокойней: меньше проблем с постоем и местными котами. — Перехватив мой сомневающийся взгляд, он добавил: — Коты никуда не убегают теперь: как вернетесь — так он сразу и прибежит. Мы же наблюдаем, видим. А для собак вольеры есть, вон там.
Я ему поверил. Тигр вообще вел себя не очень типично для кота — слишком уж старался держаться к нам… теперь уже ко мне поближе. Буду заглядывать сюда, проверять, как наполняют миску.
Кроме кормления котов у охраны в списке услуг был вызов развозного фургончика — ездить на своих машинах по городу тоже было нельзя, надо было иметь пропуск на лобовом стекле, это я усвоил из «Правил» у чекпойнта. Бизнес, что поделаешь: торговцы наверняка в такой услуге нуждаются.
Узкие улочки, чистота, порядок. Открыты бары. Открыты какие-то магазины. По улицам ходят люди, хоть в большинстве и вооруженные, но спокойные и доброжелательные. Здесь порядок, здесь все правильно, здесь уже спаслись и нашли новую форму существования. Все же человек удивительное по способности приспосабливаться создание. Мертвецы овладели землей? Ха два раза, щас прямо. Шок уже проходит, люди забирают свое место на вершине пищевой пирамиды. Все равно, сколько нас осталось, — по-любому этот мир принадлежит нам. А жрать мы будем друг друга, получается, как всегда и было. Это тоже часть натуры — похоже, мертвякам в этом до нас далеко.
Указатель к гостинице, которая называется «Амстел». Это не в честь пива, а в честь местной реки, на которой Амстердам построен. Пиво тоже в ее честь поименовано.
Трехэтажный дом старой постройки, вывеска готическим шрифтом. Дверь из темного дерева с колокольчиком, маленькая стойка ресепшена. Бар, стойка, несколько табуретов, пара столиков возле окон. Приятная тетенька лет пятидесяти, доброжелательно улыбающаяся. Рядом с ней на стойке кот, серый, короткошерстный, приоткрыл глаза и осуждающе посмотрел на меня, явно недовольный побудкой.
— Goede dag! — поприветствовала меня женщина.
Прозвучало для непривычного уха ужасно, как «хуйде дах».
— Добрый день, — ответил я на английском. — Хотел бы остановиться на ночь, найдется комната?
— Разумеется, — сменила она язык. — Одна ночь?
— Наверное, — кивнул я, затем спросил: — Продлить будет можно?
— Разумеется. За вещи в номере тоже можете не беспокоиться: здесь не воруют.
Почему-то поверил. Времена изменились, такие маленькие людские анклавы могут не одобрять преступности, а в какую форму выльется неодобрение — тут только фантазия ограничит. Не утверждаю, но вот так кажется.