Фраза явно относилась ко мне, но я счел за благо на нее пока не реагировать — лишь глянул искоса на говорившего.
Почти рядом со мной стояла компания из пяти человек — три парня и две женщины, скорее даже девицы. Все молодые, лет по двадцать с небольшим, одетые обычно — куртки, джинсы, никакой «военщины». Два парня вооружены: у одного браунинговское самозарядное ружье с длинным стволом за плечом, у второго короткая двустволка, со стволами чуть больше полуметра. У девушек и третьего мужика оружия не заметил.
Парень с двустволкой, искоса глядя на укладываемое в кузов маленького «фиатика» «Добло» богатство, кивнул, сказав:
— Ну да, неплохо бы.
Продолжая делать вид, что не обращаю на них внимания, все же присмотрелся исподтишка. Выглядят на сто процентов гражданскими, чуть обтесавшимися в Европе, и одновременно с этим очень провинциальными. Почему-то именно так выглядят люди, приехавшие за любой работой — хоть на стройке, хоть в каком-нибудь туристическом агентстве на подхвате. Черт его знает, что между ними общего, но выделяются они из толпы с первого взгляда, даже не нужно слышать, как они разговаривают.
Девицы были тоже одеты спортивно-нейтрально, но до конца это их не исправило. Прически, обесцвеченные волосы, мейкап — все наводило на мысли об амстердамском квартале красных фонарей или чем-то похожем. В общем, не та компания, с которой бы хотелось провести здесь вечерок, даром что соотечественники. Однако стоит и пообщаться — может быть, удастся узнать что-то полезное. Может, здесь и русский анклав есть. Есть же албанский — почему не быть русскому?
— Понятно, что неплохо, — сказал я по-русски, захлопывая заднюю дверку фургона и поворачиваясь к ним. — Мне тоже нравится.
Парни чуть смутились, но не сильно. Тот, что с «браунингом», стриженный под полубокс и с длинным носом, спросил:
— Здесь живете?
— Проездом, — покачал я головой. — А вы?
— Тут, в Ден-Хелдере, — ответил он. — Это порт к северу отсюда, много народу живет.
— Еще земляки есть? — спросил я об актуальном.
— Ну… есть, — как-то сбивчиво сказал второй парень, который с двустволкой, светловолосый, курносый и кудрявый как барашек.
— А что так неуверенно? — немного удивился я.
— Ну мы не очень вместе вроде как, — ответил тот. — Одни к одной компании прибились, другие к другой. Там всяких хватает.
— То есть не кучей держитесь?
— Нет, — мотнул он головой.
Это тоже по-нашему, и за границей особенно проявляется — русские стараются друг от друга подальше держаться. Не всегда и не все, но большинство. И Большой Песец, похоже, этой привычки не изменил.