Кстати о родах: сегодня брат должен был уехать со своими куда-то за Тулу, но остался в «Пламени»: Настю уложили в больницу, роды могли начаться в любой момент. Первые роды в анклаве после Катастрофы, поэтому их ждали все — это как символ начала новой жизни был.
У штаба тоже хватало велосипедов, для них даже выстроили специальную «коновязь», куда можно было заталкивать своих двухколесных «коней» передним колесом, чтобы они не падали.
На узле связи Маша никогда не была, поэтому спросила у дежурного в вестибюле, куда ей надо идти. Дежурный, молодой старший лейтенант, сначала выяснил, зачем ей понадобился узел связи, и лишь потом позвал еще одного старшего лейтенанта, в очках и с красной повязкой на рукаве — «Дежурный по связи».
— Вы мне присылали пакет? — сразу спросила она у него.
— Так точно, я присылал, — слегка смущаясь, ответил связист.
— Но вы не сказали, что мне делать дальше. Я могу поговорить со своим мужем?
— Поговорить? — вроде как затруднился он с ответом. — Непосредственно поговорить не получится: связь от его имени установили в телеграфном режиме…
— Не путайте меня, говорите проще, — решительно оборвала она его.
— Это «тире-точка-тире», знаете? Как в кино, как радистка Кэт сообщения от Штирлица посылала. Понимаете?
— Да, понимаю, — немного озадачилась она.
— И связь пока установлена не с нами, а с узлом в Наро-Фоминске, оттуда уже связались с нами, дали позывной голландской радиостанции, — объяснил он. — Теперь мы будем пытаться выйти с ними на связь.
— А потом? — требовательно спросила Маша.
— Потом попытаемся назначить сеанс связи с вашим мужем, — ответил старлей. — На конкретное время и конкретный день. Вы придете к нам, и если не получится установить связь в телефонном режиме… — он перехватил ее взгляд и поправился: — … голосом, то тогда вы будете диктовать телеграфисту, а уже он будет вести связь. Понятно?
— Да, теперь все понятно, — вздохнула она немного разочарованно.
Говоря откровенно, она надеялась поговорить с мужем прямо сейчас, по какому-то спутниковому телефону или чему-то подобному. Сам факт, что кто-то до сих пор пользуется азбукой Морзе, оказался для нее сюрпризом: это было что-то из кино и детских книг. Хотя… вся действительность вокруг вроде как пришла из плохого кино и страшных книг, чему теперь удивляться.
— И что мне делать дальше?
— Мы с вами свяжемся после того, как назначим время, — развел руками старлей. — Иначе никак.
— Хорошо, — вздохнула она и отправилась в детский сад, за Сашкой и Бубу.
Дорога из детского сада домой заняла минут пятнадцать. Ехать уже не получалось — она вела велосипед за руль, а дети шли рядом, о чем-то болтая, при этом каждый на своем языке. И как-то при этом понимали друг друга. Им было интересно все, поэтому она взяла себе за правило глаз с них не спускать ни на секунду. Сашка вообще был из тех детей, которые легко и просто могут поджечь дом, выпусти его из поля зрения хоть на секунду.