Отец Вовки, бывший офицер, всегда был заядлым рыболовом, круглогодичным, а еще владельцем неплохой моторки, на которой уходил в какие-то одному ему ведомые места подчас чуть ли не на неделю.
— И ловится?
— Ловится, чего ей не ловиться, — усмехнулся Вовка. — Промышленности выше по реке и нет, считай, а та, что есть, — та стоит или стояла. Пароходы не ходят. Рыба балдеет и от этого ловится.
— А мать как?
— В прошлом году схоронили, — покачал он головой.
Понемногу разговор начал складываться, еще и Серж помогал, но все прервал давешний боец, подбежавший и обратившийся не к командиру, а прямо ко мне:
— Жена ваша на связи!
— Вот это да! — восхитился я оперативностью. — Вы что им наврали?
— Зачем наврали? — удивился он. — Просто сообщили, что срочно.
— Тьфу, блин, — перепугался я. — С такой срочностью она невесть что вообразит…
— Да не, мы же с понятиями! — даже обиделся тот. — Сказали, что все в порядке, просто очень надо. У нас связь часто, по пустякам не дергаем.
Договаривал он это все уже тогда, когда я протиснулся в темную аппаратную. Мне кто-то уступил место, и через секунду я уже услышал:
— Ты где сейчас? Прием!
Ага, запомнила с прошлого сеанса, как правильно надо, теперь просто радистка Кэт.
— Я уже во Ржеве, двести километров от вас! У меня все в порядке, жив-здоров, машина на ходу, тут задержусь на пару дней, до следующей оказии попутной. Настя как? Родила?
— Да, девочку, три двести! Все нормально, и родила быстро! А задержишься ты зачем? — вдруг посуровела она.
Нет, если уж рядом, то будь любезен мухой лететь. Да и я не против, ждать уже невмоготу, но… как говорил персонаж актера Папанова: «Куй железо, не отходя от кассы!» А это именно то, что мне нужно здесь делать. Поговорили вот с Сержем с утра — и вроде уже почву под ногами нащупывать начал, какие-то идеи в голове оформляются. К вечеру они уже до конкретной схемы дозреют, я себя знаю, и если срастется, то надо сразу себя на нужную позицию ставить. И тогда, к слову, семья еще довольней будет. В финале. Но только объяснять это каждый раз трудновато оказывается: не каждый резон будет понят верно.
— Маш, ты Сержа моего помнишь?
— И что? — Суховатый такой вопрос.
— Он тут за главного. И много друзей встретил. Можно работу себе найти, хорошую. Прием.
— Прямо сейчас?
— Прямо сейчас. Прием.
Она про слово «прием» теперь забыла начисто. Злится явно.
— Так зачем тебе там задерживаться?
— С местом жительства определиться, — вздохнул я. — Чтобы вас сюда перевезти.
— А меня ты спросил?
— А что сейчас спрашивать? — вроде как удивился я вопросу. — Ты же с самой Беды больше нигде не была, сравнить все равно не можешь. Ты там за забором ведь живешь, верно? Прием.