Но это все лирика.

Стуча зубами, мы сошли по плавнику Дескретора и тот, взвыв на прощание, принялся медленно отползать на восток. Когда я бросил на него взгляд в следующий раз, то гиганта уже и след простыл.

— Берегись! — крикнул Гермадон. — Выброс!

Ах ты, черт подери!

Яркое солнце померкло, в мгновение ока поднялся жуткий ветер, но главное — магия. Ее обычный природный фон вдруг сгустился во много раз. С запада дохнуло холодом, а вместе с холодом пришло и чудовищное давление. Эта магия, хотя и была зла, но не была враждебна. Она походила на жгучий ветер, что дует куда-то по своим делам. Нечто похожее я уже ощущал близ Реликта, но там она была куда как более неприятна.

— Скорее туда! — снова выкрикнул Страж и первым припустил к скалам. Несмотря на внешний вид глубокого старца, бегал он прилично.

Кстати, удивительно, что под моими чарами он сохранил столько самостоятельности.

Мы с Эрни, было, взяли руки в ноги, но Ареус удержал нас.

— Стойте… Здесь что-то не то.

Нахмурившись, длинный маг, обновил нам щиты и вдруг… с силой ударил кулаком по ладони.

Мощное заклинание очищения (то есть снятия любых чар) лишь на мгновение смахнуло пелену с глаз. Но этого мгновения хватило, чтобы увидеть ковыляющие к нам высокие изломанные тени!

Жуть Газнара. 63-й уровень.

— успел прочитать я системную табличку над одной из них, а в следующий миг напор вражьей магии снова скрыл их с глаз долой.

— Вот же сукин сын, — выругался Ареус, погрозив кулаком улепетывающему Гермадону. — Подчинил, говоришь⁈

Твою ж мать…

Досада на собственный промах обожгла сердце, подобно ядовитой крапиве. Обманули дурака на четыре кулака!

Сраный Лик Газнара и не думал уходить из разума Гермадона. Ублюдок сумел низвести свое влияние до полной незаметности, а потом с удовольствием вел нас в свои загребущие лапы, развлекая россказнями о днях минувших.

— Может, свалим? — мрачно спросил Эрни.

— Думаешь, отсюда так легко свалить? — Ареус, не теряя времени, принялся зачитывать свитки с защитными чарами. — Баффай, Том, что стоишь?

Р-р-р-р! Злость на себя и на длинного мага едва не вылилась в какую-нибудь разрушительную магию. Это ж надо было так опростоволоситься! И Ареус прав, считая, что отсюда так легко не свалить. Стражи не сгорели в огне Посмертных Костров. Они, подобно обитателям Геоманта, оставили после себя трупы, из коих последний из них собрал адского гомункулуса. Что случилось с их душами, вопрос открытый. И проверять, воскресну ли я у Обелиска Возрождения или нет, мне совершенно не хотелось.

А значит, вариант был лишь один.