— Что⁈ — растерялась Елена, — так вы мне всё-таки угрожаете?

— Ни в коем случае, — примирительно ответил я, — мой дедуля Карл просто хотел сказать, что мы надеемся, что ты поедешь в Рихтерберг вместе с нами. Кстати, здесь живёт ещё кто-нибудь? — задал я один из главных вопросов, которые меня сейчас волновали.

Однако, Елена замолчала, явно не торопясь отвечать.

— Ну же! — взволнованно поторопила её Ольга, — мы возрождаем клан и ищем каждого выжившего Рихтера!

— Я одна, — нехотя призналась Елена.

— Очень жаль, — тут же расстроилась Ольга и вновь начала активно, а самое главное — искренне, её обрабатывать, — но больше не говори так! Наоборот, ты теперь не одна! Тебе больше не нужно прятаться в этом очаге. Макс защитит тебя от всех наших врагов!

Однако, нашу новую знакомую подобные заверения не впечатлили.

— Кто вообще сказал, что я прячусь? — огрызнулась она, — никуда я с вами не пойду! И цветочки с собаками верните! Раз уж убеждаете меня в своих добрых намерениях!

Лич недовольно цокнул языком:

— Тебя не учили проявлять больше уважения к лидерам своего клана? Следи за языком! Как Рихтер ты должна понимать, что мы имеем право забрать у тебя всё, что считаем нужным для блага рода!

В этот момент Елена заметно побледнела, но на её лице осталось упрямое выражение. Так просто сдаваться она не собиралась.

— Прекрати запугивать женщину, — одёрнул я деда, — по этим законам клан не живёт с момента, как я стал главой.

Раньше действительно было частым явлением, когда глава клана по праву сильного брал всё, что хотел у своих подданных. По сути, личного имущества никто в клане не имел. Всё принадлежало роду и давалось «во временное пользование».

Но я всегда предпочитал договариваться, а не запугивать и эксплуатировать своих союзников.

В конце концов, это приводит к гораздо большей эффективности и богатству клана в целом.

Когда подданные знают, что никто просто так у них ничего не отберёт, то и работают гораздо усердней. В том числе на благо рода. Потому что благосостояние клана — это и их благосостояние тоже.

Однако, дедуля Карл, воспитанный на совсем других традициях, этого не понимал и считал излишествами и избалованностью.

— Ну и зря! — буркнул он, но как и всегда в таких моментах, уступил мне и замолчал.

— Елена, — обратился я к нашей новой знакомой, — мы возместим ущерб, если потребуется. Но для начала нам нужно как следует всё обсудить. И я бы предпочёл делать это не в чаще осквернённого леса, — намекнул я ей на то, что пора бы пригласить нас в дом.

— Что ж, — немного успокоилась она, — пойдёмте за мной.