Так что, не теряя ни секунды, я запрыгнул прямо на то, что могло считаться шеей монстра. Какое-то время пришлось балансировать на нём как на диком жеребце или быке, что всеми силами пытается сбросить с себя непрошенного всадника.

Но, наконец, когда я освоился с этой безумной тряской, то максимально усилил свой теневой клинок и проткнул плоть босса в точке, где сходились линии его энергосистемы.

Да, у монстров очага, она тоже есть. Другое дело, что их каналы принимают только энергию скверны, а не обычную природную. Но для меня сейчас это не имело значения. Главное выключить босса и вытащить деда, пока ещё не поздно.

К сожалению, разрушения энергосистемы червя в одном месте, пусть и основном, было мало, чтобы тот погиб.

И мне пришлось ещё несколько раз по нему пробежаться, максимально точно втыкая клинок в другие ключевые точки.

Но, наконец, всё было кончено. Несколько последних судорог, и червь просто рухнул на землю и застыл. И только что-то в районе его желудка всё ещё бурлило и натягивало кожу.

Я тут же открыл пасть червя и заорал прямо ему в глотку.

— Дед, хватит уже! Вылазь!

Толчки из желудка прекратились. А через минуту лич действительно вылез. Причём, крайне недовольный.

— Ты, внучок, испортил мне всё развлечение, знаешь? Ещё пара минут и я бы сам его прикончил и выбрался наружу.

— Вот именно, — отозвался я, — ты чуть не прикончил ценный материал для умертвия. Таких монстров чинить не так уж легко. Сам должен понимать! Нужна плоть и кости такого же высокого уровня. Иначе чудовище станет гораздо слабее.

— А… так, что ты сразу не сказал? — пожал плечами дед.

А затем вгляделся в своё отражение на одной из ближайших колонн и поморщился.

Видок у него и впрямь был ещё тот. Весь в какой-то слизи и прочих кусках внутренностей.

— Нам придётся вернуться в оазис, — сообщил он итоговый вывод из этого осмотра, — воевать в таком виде я не пойду.

— Тебе не всё ли равно? — поинтересовался я, — у тебя же больше нет эмоций отвращения или брезгливости.

— Так-то оно так, — согласился он, — но лич должен внушать ужас и уважение своим врагам. А сейчас я похож на какого-то голодранца, который не то вылез из помойки, не то наблевал сам на себя. А может и всё вместе.

— И это мягко сказано, — согласился я, — ладно, будут тебе водные процедуры. Но сначала добьём оставшихся червей. Уж их ты, надеюсь, не стесняешься? — с усмешкой спросил я.

— Червей? Червей я не стесняюсь. Я просто не хочу, чтобы та ведьма, когда увидит меня, подумала, что я специально вывалялся в отбросах, чтобы произвести на неё впечатление. У девочки, судя по всему, и так большие проблемы с головой.