То же самое она сделала с Октавией, не особенно надеясь, что та меня сможет убить, княгиня Сципион рассчитывала, что это я её прикончу, а потом буду очень долго корить себя за это.

Думаю, насчёт Ольги у неё в голове был какой-то похожий план.

Но у меня был свой. И, судя по всему, он сработал, как надо.

Стоило мне воткнуть шприц в руку внучке, как магическая энергия внутри неё очень быстро начала блокироваться, а сама она — терять сознание.

Я даже не успел сказать Регине напоследок что-нибудь саркастическое, вроде: «Обернись, пока ты здесь тратила время, дедуля Карл уже подобрался к тебе на расстояние удара».

Ну, значит придётся сказать ей это лично. И я быстро направился ко входу в сферу, куда уже проник лич.

В это же время, крокодилоголовые умертвия окружили Ольгу почётным караулом, на случай, если кто-то попытается к ней подобраться, пока мы с личом будем заняты разборками с хозяйкого этого места.

Внутри сферы было просторно. Настолько, что я не сразу увидел даже деда, не то что Регину.

А ещё здесь было довольно темно. Стены и потолок зала были сооружены из черного мрамора, и только начертанные на нем загадочные знаки и руны светились золотым светом.

Часть из них были мне знакомы по различным ритуалам и школам магии, но также я вновь увидел и те, которые были слишком уж похожи на те, с помощью которых пытались меня убить.

И моя уверенность в том, что Редж знает значительно больше, чем кто-либо из Великих Князей, только крепла.

Ещё в этом зале находилось много колонн, чья поверхность вроде бы тоже была похожа на мраморную, но в то же время была словно зеркало, в котором отражалась окружающая обстановка, запутывающая любого, кто бы сюда не зашёл.

Мне это напомнило тот зал, где мы совсем недавно сражались с ГГарри и другими червями.

Не удивлюсь, если Регина тоже там бывала и украла эту идею для своей обители. Эта княгиня никогда не чуралась использовать чужие хорошие задумки в своих целях.

И я всё ещё её не видел. Если она не сбежала отсюда через какой-нибудь другой выход, значит скорее всего прячется где-то в другой части зала, мастерски пользуясь планировкой своего убежища.

И, хотя первым моим порывом было скорее её найти, я удержался на месте, понимая, что передо мной наверняка минное поле. Так что, вместо этого, я сначала спросил:

— Дед, как прогноз?

Лич уже продвинулся вперёд на пару десятков метров, но я видел, что он тоже медлит и ступает осторожно, выбирая маршрут.

Вместо ответа, он обернулся и показал мне несколько знаков.

Я кивнул.

Раньше высокопоставленные Рихтеры знали особый язык жестов, который не понимал никто иной. Своего рода шифр. И сейчас дед кратко объяснил мне то, что сам понял об этом зале.