Вот только жаль, что я не успел приказать Гарри самому её выплюнуть. К тому моменту, как я спустился к нему в подземелье, боевая девица уже проделала дыру в его пузе, и я теперь наблюдал забавную картину, как одетая с иголочки фифа протискивается наружу из тела монстра.

Конечно, это не могло не сказаться на её внешнем виде. Платье помялось, причёска тоже. А сама она выглядела крайне разъярённой.

Но даже так, как и все Вийоны, девушка была редкостной красоткой, несмотря на то, что на Катарину она походила разве что цветом волос. И то с натяжкой.

Если у главы клана волосы был насыщенного ярко-рыжего цвета, то у этой девушки оттенок был гораздо светлее. И в целом её красота казалась более сдержанной в отличие от той же Катарины, которая сразу ослепляла большинство людей.

Наконец, целительница вылезла из брюха Гарри целиком, отряхнула платье и подняла взгляд, заметив меня.

Что ж, пожалуй, знакомство оставим на потом.

А пока… я улыбнулся, подошёл ближе и выкачал у неё достаточно энергии, чтобы она просто вырубилась.

А очнулась уже в замке у Октавии.

Я был уверен, что до следующего шага Вийонов, у нас ещё есть время. Пока они узнают, что произошло, пока отвлекутся ещё на парочку обрушившихся зданий…

К тому же я сразу после битвы позаботился о том, чтобы их телефоны больше не передавали никаких сигналов. Особенно телефон выжившей.

Лифэнь подтвердила, что после общения со мной техника становится настолько же бесполезной, как кусок пластмассы. С одной стороны звучало грустно, с другой — отследить телефоны или воспользоваться ими дистанционно ещё для чего-либо было уже невозможно.

В общем, всё это время Бергманы могли спокойно заниматься своими делами. Например, связаться с чиновниками из отдела по контролю за военными трофеями и вообще официально закончить войну и зафиксировать свою победу.

А также заняться инвентаризацией трофеев, с учётом доли, которая причитается мне.

Так что я ненадолго оставил их без присмотра. Ну, почти. С ними всё так же оставался Алан, который был счастлив представлять клан и просто раздувался от гордости.

А Лифэнь могла связаться со мной, даже если я укачу на другой конец света.

— Это мне⁈ — восторженно уточнила Октавия, когда я вышел из ламбы, держа в руках мини-химеру.

Разумеется, одну из самых милых в нашем зверинце. Что ни говори, а даже самые мрачные девушки зачастую отдают предпочтение наиболее прелестным созданиям.

И хотя, больше всего Октавии наверняка бы понравился живой скелет или летающий череп, сегодня я решил остановиться на питомце, похожем на бельчонка, с пушистым хвостом и большими очаровательными глазами.