Он развёл руками с самым невинным выражением на лице.

Пришлось объяснить, что эти игры ему стоит оставить для кого-нибудь другого.

— Забудь о своём клане. Для них ты уже мёртв. Но сейчас можешь умереть окончательно, если не перестанешь придуриваться, — честно предупредил я его.

Луи задумался, а потом спросил:

— Вы позволите мне немного обдумать… всё это? Такие решения трудно принять с наскока.

— Нет, — мгновенно отозвался я.

Пусть не считает меня добреньким спасителем.

Вийоны — наши враги и любезничать с ними в мои планы не входило. Ещё совсем недавно это самый Луи сражался бы против нас, не останови я поезд.

Так что, если он хочет получить хоть какой-то шанс на то, чтобы остаться в живых, то придётся ему поторопиться с выбором. И доказать свою полезность.

— Ладно, — решился он. — Причём, раз я принял это решение, то не буду юлить и пытаться что-то утаить. Если уж мне суждено стать предателем, я стану им только один раз. И то лишь потому, что обязан вам жизнью.

Этот Вийон просто не мог обойтись без высокопарных фраз.

С другой стороны, ему явно от этого было легче, а я мог лучше понять, как он мыслит, ну или, в конце концов, поймать его на лжи.

Так что даже подобные словоизлияния я слушал внимательно.

Луи был сильным магом, который мог оказаться полезным моему клану. Так что мне тоже предстоял трудный выбор дать ли ему шанс или уничтожить как врага.

— Как вы наверняка знаете, мой клан всегда славился обширной исследовательской базой в том, что касается медицины и фармакологии. Несмотря на то, что мы и без того одарены мощной целительской силой, которую способны применять просто по наитию, нам не чужд и научный подход к нашему дару.

— Знаю, я неплохо знаком с отдельными представителями вашего клана и их способностями. — ответил я ему, — так что ты вполне можешь обойтись без долгих вступлений.

— Как скажете, — мгновенно согласился он, — тогда перейду сразу к делу. Один из важнейших, но в то же время тайных проектов Вийонов — это попытка найти рецепт препарата, который бы позволил магам существовать в очагах, не превращаясь в монстров, как мои несчастные попутчики.

— И ты участвовал в нём, — продолжил я.

— Именно! — подтвердил Луи, даже как будто обрадовавшись, что я сам это озвучил, — в основном я работал на побережье, но у нас существует целая сеть лабораторий, посвящённая этой проблеме. А значит, периодически мы все обмениваемся опытом.

Он снова замолчал, словно продолжать ему не слишком хотелось. Пришлось его поторопить:

— И в чём ты боишься признаться?

Он тяжело вздохнул, но всё-таки ответил: