В итоге задачка стала посложнее. Теперь нам нужно было не просто сделать подкоп, а сделать его так, чтобы эти твари ничего не заподозрили.

— Жаль, что мы не можем напасть на них с воздуха, — вздыхала Ольга, когда медведи снова что-то заподозрили во время наших подземных работ.

Она была права. Этот очаг представлял собой особенно густой лес. И кроны мутировавших деревьев сплошным ковром закрывали собой каждую его часть.

Пробиться сквозь эту смертоносную флору без потерь было практически невозможно, даже если выжечь её напалмом.

Отравленные скверной растения удивительно живучи. Словно гидра, которой отрубаешь одну голову, а вырастает три.

Но всё-таки мы придумали, как именно заманить тварей в ловушку так, чтобы они ничего не почувствовали.

Хотя для этого пришлось здорово повозиться. Мы составили сразу несколько карт их передвижений.

Самая сложная — это, когда они находятся в состоянии покоя.

А потом мы изучали, как именно они действуют, когда хотят устроить врагу засаду.

Или как двигаются, если провоцировать их, даже не пытаясь скрываться.

В общем, мы проделали большую аналитическую, а затем и стратегическую работу, чтобы теперь всё прошло как по маслу.

Гвардейцы остановились чётко на безопасном расстоянии от босса.

Фантомы заняли оборону чуть позади нас.

Под землёй в тоннелях толпились броненосцы, которые прикрывали пауков, жнецов и вооружённых «грифонами» умертвий.

Теперь всё зависело от Прохора и от того, как хорошо он проведёт Гарри по намеченному нами маршруту.

Конечно, я мог сделать всё сам, но так неинтересно.

Гораздо веселее наблюдать, как ученики спорят, кто именно должен управлять Гарри. Ольга, как всегда, рвётся вперёд. Алан делает вид, что готов в любой момент и совсем не боится больших химер, вот только занят в клубе, какая жалость! Калинин хочет отличиться перед моей внучкой, поэтому, конечно, доказывает ей, почему не она, а именно он должен этим заняться.

Ну а Алина, как самая нормальная, просто спокойно пьёт со мной кофе, зная, что, если её помощь понадобится, я сам об этом скажу.

В общем, в конце концов, Прохор вырвал себе это право и сейчас был бледнее луны и мрачнее тучи.

Он понимал, что если сейчас облажается, то не Ольга будет припоминать ему это целый век, и вся репутация, которую он за последнее время поднял в её глазах, рассыплется, как карточный домик.

Да, я думаю, это его страшило куда больше, чем возможный провал миссии.

Пожалуй, это единственный недостаток моих учеников. Они слишком сильно верят в то, что я могу исправить любой их косяк без вреда для дела.