— Наоборот?

— Смотри, какая выходит картина. — Я откинулся в кресле. — Твоя знать, вся эта родовитая публика с состояниями, ехала на Совет своим ходом. А за учёными мы отправим транспорт Эдема. Военные борта, правительственные самолёты — всё, что летает.

Александр замер на секунду.

— То есть безвестный агроном из глуши полетит на военном транспорте? — медленно произнёс он, — А родовитый князь при этом тащится на Совет поездом или обычным авиарейсом?

— Именно. — Я кивнул. — И пусть все это увидят. Пусть увидят, кого держава теперь возит с комфортом, а кого оставляет добираться самому. Это скажет о новых порядках больше, чем любое твоё объявление.

Он усмехнулся, оценив изящество хода. Александр вообще быстро схватывал, когда за решением стоял расчёт с двойным дном.

— Мне это нравится, Лорд, — признался он. — Красиво.

— Дело не в красоте. Дело в эффективности. — Я качнул головой. — Мне нужны таланты готовые к работе, а не измотанные дорогой. Быстрая доставка — это просто оптимальное решение. То, что оно попутно бьёт по спеси твоей знати, — приятный побочный эффект, не более.

Воздух над столом дрогнул, и рядом соткалась Фея в неизменном своём строгом костюмчике и крохотных очках, придававших ей вид дотошного секретаря. Она поправила очки привычным жестом.

— Прошу прощения, что вклиниваюсь, Хозяин. — Голос её был деловит и чуть суховат, как у секретаря, докладывающего сводку. — Я всё слышала и позволила себе начать заранее. Надеюсь, не превысила полномочий.

— Докладывай.

— Я уже прочесала базы данных всех научных учреждений страны. — Она развернула в воздухе тонкую голограмму со столбцами имён и точками на карте. — Отбор идёт по критерию реального вклада: публикации, изобретения, подтверждённые результаты. Происхождение и титулы из фильтра исключены, как вы и распорядились ещё до того, как распорядились. — В голосе её мелькнула тень самодовольства. — Параллельно свожу логистику. Рассчитываю маршруты бортов так, чтобы каждый приглашённый добрался за минимальное время. Первые списки будут готовы через час. Первые самолёты подниму в воздух к вечеру.

Александр смотрел на эту тридцатисантиметровую фигурку, разворачивающую перед ним карту переброски по всей стране, а на лице его читалось привычное лёгкое замешательство. Он всё ещё не до конца свыкся с тем, что львиную долю государственной машины у меня тянет существо размером с кошку.

— Она… всегда так? — вполголоса спросил он у меня.

— Всегда, — подтвердил я. — Единственный по-настоящему исполнительный сотрудник из всех, что у меня есть.