Стоило положить трубку, как раздался следующий звонок:

— Хера ты выдал! — а потом задорный смех. — Слушай, у меня тут Линда лопается от гордости на предмет того, что с тобой знакома!

— И тебе не хворать, Евгеныч, — признаться, от звонка Жихарева на душе стало теплее, чем от победы над вормиксом, а от улыбки аж скулы свело. — Линде привет. И Веневитину привет. И Мие. И Нецали. И немцам обязательно. Всем, короче говоря, привет. Как вы там?

— Да нормально, — Евгений Евгеньевич как будто бы ушёл от разговора. — Всё по-старому. Вот буквально только что новости всей толпой смотрели, в главном корпусе. И знаешь, что? Тебя показывали!

— Правда?

— Ага! И про Линду я тебе серьёзно говорю! Ребёнка в твою честь назвать хочет.

— А что, ребёнок уже в планах?

— Пока нет, но к чему зарекаться?

— Тоже верно, — я улыбнулся. — Артёмом, значит, назовёте? А если девочка? Артемида?

— Не-не-не-не, ты не понял. Чернов.

— Что «Чернов»?

— Линда хочет наше бедное дитя Чернов назвать. Ирландка, что с неё взять? Для них вроде как даже благозвучно. И родится у нас, стало быть, Чернов Евгеньевич Жихарев.

— Евгеныч, ты ирландские имена-то видал? — заржал я. — Троллит тебя жена, а ты ведёшься!

Ещё пару минут мы с Жихаревым поболтали ни о чём, после чего у меня загудела вторая линия. И вновь абонент из-за океана.

— Евгеныч, сорян, мне тут звонят.

— Поздравления от всего мира принимаешь?

— Типа того.

— Ладно, давай, — и Жихарев отключился.

— Алло?

— Артём! — закричала Габи. — Поздравляю тебя с победой!

И так далее, и тому подобное до тех самых пор, пока ацтечка вдруг не замолчала в трубку. Как будто на вопрос какой-то нарывалась. И тут-то я вспомнил.

— А как твои выборы?

— Победила! — от ликований на том конце провода аж связь зарябила, а на заднем фоне раздался гудок вувузелы. — Изель, заткнись! Хватит гудеть, я разговариваю!

— Ах-ха-ха-ха! — прозвучал чуть пьяненький хохот подруги госпожи мэра.

— Победила, — ещё раз повторила Габи чуть потише. — В том числе благодаря кампании по запрету человеческих жертвоприношений, которую внезапно поддержал новый жрец Арапахо.

— Во дела, — ухмыльнулся я. — С чего бы ему вдруг тебя поддерживать?

— Не знаю! Но факт есть факт!

— Что ж, — улыбнулся я.

Одна приятная новость сыпалась за другой. Лут ко мне сегодня прилип не только в привычном его понимании, но и… душевный, что ли? Метафизический. Как будто сама карма мне улыбается и шлёт воздушные поцелуйчики.

— Поздравляю вас, госпожа мэр.

— Спасибо!

Под конец, правда, Габи призналась, что радость её немножечко омрачена увеличившейся разломной активностью. Но, вроде как, не критично. И егеря, вроде как, пока что вывозят. Но вот эта формулировка «пока что».