Следом появились пауки, тут же бросившиеся в бой. Их паутина и молнии, может, и не убивали вампиров, но серьёзно осложняли им жизнь. А потом пришли песчаники — мелкие, вёрткие твари, норовившие обнять противника песком и впитать всю его кровь.

Заметив, как Аня пытается координировать атаки монстров, я перекинул на неё нити связи с песчаниками. Она мгновенно поняла, что делать — усилив их собственной магией земли, превратила песчаников в грозное оружие.

Высшие вампиры начали гибнуть. Один за другим, они падали под нашими ударами. Перевес был явно на нашей стороне.

Но тут из дальнего угла зала неторопливо выступила высокая фигура. Древний. Я сразу узнал его по ауре, источавшей запах тысячелетней крови.

— Я займусь им, — бросил я остальным. — Мочите этих выродков!

Говорят, настоящий бой сильных воинов никогда не радует зрелищностью и продолжительностью. Это всегда очень короткая схватка, где каждый стремится убить противника, и если не получается — то, скорее всего, погибнет сам.

Мы с древним вампиром бросились навстречу друг другу. Его усиленные магией крови когти пробили мою защиту в тот же миг, когда мой клинок и копьё тьмы достигли его тела.

Мгновение — осознать полученные раны. Но вместо того, чтобы отскочить и встать в оборону, я рванул вампира глубоко в Тени. Только там мы разорвали смертельный клинч.

Я быстро оценил повреждения — неприятно, но не смертельно. Печать регенерации уже взялась за дело, хотя боль пока никуда не делась. Да и кровавые лезвия Древнего — это не то же самое, что тонкий стилет. Это, скорее, стилет, покрытый ядом. Заживать эти раны будут долго.

Вампир ухмыльнулся:

— Очень умно было утащить меня в тени, — произнёс он на всеобщем. — Да только на Древних это не действует. Уж ты-то должен бы знать!

— Да я, собственно, не за этим, — я пожал плечами, морщась от боли. — Просто не хотел, чтобы от огня пострадали мои люди.

Вампир тоже использовал эту передышку — я видел, как затягиваются его раны.

— От твоего огня? — он издевательски рассмеялся. — Мне пять тысяч лет, мальчик! Я ровесник нашего Повелителя!

— Ну давай ещё пиписьками меряться, — я поморщился. — Но раз ты хочешь… позволь представиться. Великий Охотник Артемис, Разрушитель Оков, защитник Атории. И мне… что-то порядка десяти тысяч лет!

Конечно, я не стал уточнять, что девять из них был мёртв.

— Великий Охотник? — в его голосе прозвучали растерянность и тщательно скрываемый страх.

В этот момент я начал давить его своей аурой. Вампир в ответ сделал именно то, чего я и ждал — закрылся сферой крови. Здесь, глубоко в тенях, это стоило ему огромных усилий.