— Ааа… — понятливо закивал Пепел.

— Что ты акаешь? — усмехнулась Лиса. — Ты хоть понял что-нибудь?

— Что у нас очень крутой шеф.

— Подхалим.

— Склочница, — вернул ухмылку Пепел.

Стена громадного здания, что походило на один из заводов Оплота и огораживало собой дальнюю часть площади, вдруг обвалилась снизу, открыв большую прореху в виде арки сквозь которую виднелись сложные заводские агрегаты внутри. Звук обвала добрался до тоннеля где стояли мечники только через несколько секунд.

— Хотя и низкие температуры влияют на свойства некоторых материалов, — поучительно добавил Упрямец. — Что-то обретает сверхпроводимость, что-то сверхтекучесть, а вот сталь и бетон хрупкость.

Сквозь арочную прореху в далёкой стене вырвался сноп огня от мощного взрыва. Следом, словно шрапнель, вылетели массивные куски оборудования. Пол под ногами заметно завибрировал. Над заводом взлетели обломки крыши и начало подыматься грибовидное облако дыма. Где-то в отдалении тоскливо завыла сирена.

Гигантский смерч над Оплотом всколыхнулся и начал клониться набок. С неба повалил тёмный снег. Упрямец выставил из окна руку и на ладонь упали несколько крупных чёрных песчинок. Затем с неба на площадь прилетел здоровый валун. Рухнул в замороженную башню и разворотил какое-то здание покрытое инеем.

— И отвечая на твой вопрос, рыжая, — Упрямец слегка прокашлялся. — Да, пожалуй, пора бежать. Пока нашу цель не засыпало песком по самую макушку.

* * *

Чёрная пустыня цвела огненными сполохами. Струи огня, трассера крупнокалиберных пуль, яркие полосы пламенных клинков. Взрывы, выстрелы, крики.

Армия Империи отступала.

Последние мечники едва успевали запрыгивать на отходящие вездеходы. Тяжёлые пулемёты и легкие орудия на надстройках просто не могли сдержать натиск пустынных псов, которые бесконечным потоком наседали на убегающих. Тысячи мечников запускали фаерболы и струи огня прямо с крыш едущих машин, но всё это тонуло в копошащейся стене тёмных тел.

Сехмет наблюдала за бегством с высоты дальнего бархана. Наблюдала со спокойствием свойственным только императорским особам. Лицам с особой властью. Наблюдала и никак не могла вспомнить своё настоящее имя, которое родители дали ей сразу после рождения. Она помнила сотни больших сражений, тысячи боевых операций. Но не могла вспомнить имя маленькой девочки с большими наивными глазами. Кажется, что она всегда была одним из богов Пантеона — людей без детства, родственников и друзей. Людей вечно решающих проблемы, которые постоянно сыпятся на человечество, словно из рога изобилия.