— И сколько же ещё тут этих противных толстяков? — меланхолично спросил Пепел всё ещё глядя вниз из окна.

— Вездеходу и одного хватило, — злобно выдал Упрямец.

— Нет, я имею в виду, сколько их вообще может быть конкретно, как много?

«Некнязь» на секунду задумался и глянул на размазанные по колонне потёки, что остались от монстра.

— Ну, теоретически всё зависит от изначальной массы главного ядра и количества осколков на которые оно разбилось. Если взять за среднее… — тут Упрямец заметил, что Пепел его не слушает, а всё пялиться вниз. Хотя обычно мечник всегда делал вид, что внимает каждому слову шефа, даже если ничерта из сказанного не понимает. — А тебе, собственно, зачем?..

Упрямец подошёл ближе, наклонился и тоже выглянул в окно. Оно располагалось на высоте не меньше километра и вид был отличный. Внизу широкая площадь со сложным ломанным ландшафтом — видимо, часть какого-то технологического процессора — горизонтальные трубы и промежуточные секции, охладительные проходы между ромбовидных башен, крыши мелких зданий и всякое непонятное.

Из всевозможных щелей и ниш появлялись мелкие точки, скапливались в россыпи, соединялись в потоки и сливались в бурное русло, что текло под здание где проходил высотный тоннель с разбитым вездеходом.

Тысячи толстяков тёмной волной неслись к месту аварии, будто целеустремлённые муравьи к вкусному жуку, что нечаянно забрёл в муравейник. Некоторые уже начали карабкаться по стене.

Отвесная преграда и высота слегка замедлили этот жуткий поток, но не остановили.

Глава 21

Глава 21

Глава 21

— И чего стоим? — Лиса присоединилась к остальным товарищам, что угрюмо наблюдали за приближением бурой волны монстров. — Не пора ли бежать?

— И как далеко ты планируешь убежать пешком? — Мод брезгливо сплюнул вниз, но плевок быстро затерялся в полёте и, естественно, никак не повлиял на ползущих по отвесной стене толстяков.

— Мы умрём, шеф? — поинтересовалась Тина. — Предупреждаю ещё раз, я слишком молода чтобы умирать.

— Как раз тебя-то они не тронут, — заявил Пепел. — Будешь у них новой подружкой.

— Вот именно этого допустить никак нельзя, — «некнязь» опёрся о парапет и наклонился над пропастью. — А то она ещё, чего доброго, их возглавит.

Толстый супербетон ограды вдруг хрустнул под пальцами Упрямца, как сухое печенье, и покрылся тонким слоем расползающегося инея. Это, а ещё какое-то странное, до чёртиков пугающее чувство заставило остальных резко отпрянуть от парапета. А затем мечников всех разом ошеломило и контузило, словно в голову прилетел удар войлочной колотушки — очень мягкой, но очень увесистой. Плечи придавила тяжесть, ноги подогнулись, а позвоночник вдруг превратился в стальной ломик раскалённый до бела. Боль ударила настолько резко, что сковала мышцы и связки не давая шелохнуться или вздохнуть.