Я стоял у входа в хижину, слушал Кан Эка и чувствовал, как напряжение снова захватывает моё тело, наваливаясь на плечи, заставляя пальцы сжиматься в кулаки. На один день я оказался просто мужем и отцом, а сегодня я возвращался в племя как военный вождь, готовясь вновь взвалить на себя тяжелый груз ответственности. Кан Эк закончил говорить и посмотрел на меня, ожидая ответа.

Я поднял глаза на небо, где солнце уже поднялось, и его лучи вовсю начинали припекать, и понял, что отдых закончился. Впереди ждут новые битвы, новые решения и новая война. Но рядом находятся мои воины, моя семья и дух Кукулькана, который ведет меня через все испытания. Я глубоко вздохнул и сказал.

— Собирай совет старейшин. Мы будем говорить сегодня вечером. А пока расскажи мне всё, что я пропустил, по порядку.

Кан Эк кивнул, и мы направились к костру, где собирались воины, готовые выслушать своего вождя. Я шёл, чувствуя, как под ногами хрустит сухая земля, прислушиваясь к глухому гулу голосов, которые стихали по мере того, как я приближался. У костра уже сидели старейшины, на их лицах, изрезанных морщинами, читалась тревога, смешанная с надеждой. Верховный вождь, который за время моего отсутствия заметно сдал, сидел на почётном месте, опираясь на посох. Рядом с ним находился Верховный жрец, чьё лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читалось напряжение.

В моё отсутствие крусоб усилили свои нападки. Кан Эк коротко, но ёмко обрисовал ситуацию: враги не только наращивали численность, но и готовились к решающему сражению за контроль над сельвой. Контрабандисты, которые раньше не рисковали иметь дело с крусоб, теперь, почуяв большие деньги, стали поставлять им оружие в долг. Это означало, что враг оказался хорошо вооружён и готов к длительной кампании. И теперь нам предстояло решающее сражение за джунгли, которое могло определить судьбу ишканхи на годы вперёд. Ждали только меня.

Я сел, протянул руки к костру, почувствовал, как пламя обжигает кожу, и окинул взглядом собравшихся. Все смотрели на меня по-разному. Воины — с ожиданием, старейшины — с надеждой, а верховный жрец смотрел с той особенной настороженностью, которую я уже научился узнавать у людей, привыкших хранить древние тайны. Он первым нарушил молчание.

— Мы рады, что ты смог вернуться. Крусоб готовятся атаковать нас и отрезать от воды и охотничьих угодий. Если мы не ударим первыми, то они нас уничтожат. Англичане отправили им два огромных каравана с оружием, снабдив хорошей охраной, мы попытались их атаковать, но не смогли и отступили.