— Не переживай, сын мой. Если ты возьмёшь новую фамилию, то получишь намного больше, чем потеряешь. Намного.
— Хорошо, — сказал я, — тогда я согласен.
Падре Антонио удовлетворённо кивнул и взял папку, лежавшую возле его левой руки. Он переложил её ближе ко мне, и я заметил, как его пальцы на мгновение задержались на обложке.
— Твои документы, сын мой, — сказал он, и его голос прозвучал мягко, но твёрдо, — но подожди их просматривать. Сначала поешь, у тебя есть ещё время подумать, я не тороплю тебя.
Я кивнул и принялся за трапезу. Поданная еда оказалась простой, но сытной: лепёшки, сыр, немного жареного мяса, кувшин подслащённой тростниковым сахаром и каким-то соком воды. Минут десять тишину столовой ничего не нарушало, кроме звуков моей трапезы. Падре сидел напротив и терпеливо ждал, когда я смогу насытиться. Он не торопил меня, и я чувствовал, что он даёт мне время не только поесть, но и успокоиться, и подумать.
Наконец я закончил есть, вытер руки полотенцем и придвинул папку к себе. Кожа обложки была старой, потёртой, с едва заметными следами пальцев на углах. Я открыл её и начал просматривать содержимое.
Первым делом я увидел паспорт на имя Эрнесто де Ланда. Фотографии к нему не прилагалось, в то время это было обычное дело, но я знал, что при необходимости смогу легко её сделать. Паспорт выглядел настоящим, с правильными печатями и подписями, словно его выдали в каком-то реальном учреждении.
Дальше шли документы, которые заставили меня нахмуриться: земли асьенды Чоколь выкупались в пользу де Ланда. Здесь же лежала бумага, которую мне предстояло подписать, где говорилось, что я соглашаюсь на продажу своих земель. Дата стояла трёхлетней давности… Гм, что же, я подпишу. Дальше шла бумага, в которой указывалось, что часть земель, выкупленных американцем, так и осталась у его компании, но лишь незначительная часть. Зато асьенда прирастала землями с других сторон, и в общей сложности занимала почти тридцать тысяч акров. Это получалась уже очень крупная асьенда, которая стоила целое состояние, и я не мог понять, как падре провернул такое дело.
Я перелистывал страницы: счета на имя Эрнесто де Ланда, в которых указывались крупные суммы, бумаги, подтверждающие мою личность, краткая история происхождения, где значилось, что я родился в закрытом приюте при одном из монастырей Испании. Всё было аккуратно сложено и подшито, цепочка необходимых документов прослеживалась от начала до конца, кто-то потратил на формирование этой папки годы или бешеный административной ресурс. Не хватало только одной нужной мне бумаги: документа о военном образовании.