В министерстве колоний ему выдали на этого идальго карт-бланш: делай с ним что хочешь, только заставь работать на Англию. Не можешь заставить, тогда убей, чтобы не мешал. И вот теперь сэр Молони тщательно обдумывал следующий свой шаг. Нет, своё послание он уже отправил, предложив в нём помощь в поставках оружия и обозначив посредника, взамен не указав пока ничего. Слишком рано, рыбка должна заглотить червячка, либо не трогать его, и тогда уже станет ясно, что делать с ним дальше.
Однако из записки стало понятно, что этот идальго не желает появляться у него в кабинете, иначе бы не написал так кратко и так ёмко. Чувствуется, что не дурак, к великому сожалению…
Молони откинулся в кресле и задумался о более широкой картине. В последнее время в британских владениях активизировались миссионеры. Проклятые попы. Они везде совали свой нос, особенно на границе с Юкатаном, где уже второй десяток лет шла Кастовая война. Молони прекрасно знал, что миссионеры не просто учат индейцев молитвам. Они собирают информацию, и эти сведения могут быть использованы совсем не на благо короны.
Кроме того, он получил частное письмо из Лондона, в котором говорилось, что католическая церковь проявляет всё больший интерес к региону. А еще одно, на гербовой бумаге, пришло от самого лорда с советом «не допускать распространения папистского влияния в зоне британских интересов, но и не пресекать». Молони усмехнулся: слишком поздно. Церковь уже давно здесь, и она, как и всегда, плетёт свои сети.
Он встал и прошёлся по кабинету. Губернатор почти не имел вредных привычек: не курил, а пил очень мало, скорее для того, чтобы расслабиться, чем для «души». В Белизе ему было откровенно скучно, и вот, наконец, появился шанс отыграть небольшую интригу с мелким идальго. Он взял со стола присланную из министерства бумагу и вчитался в скупые строки накопанных по этому человеку сведений. Весьма противоречивая биография оказалась у этого ещё относительно молодого человека. А сколько событий уже произошло с ним, значит, успел набраться опыта, и обмануть его просто так не удастся.
Последняя мысль Молони не понравилась, и он решил немного смягчить её вином. Крикнув слугу, он отдал приказ, и вскоре тот появился с подносом, на котором стоял большой фужер с красным, как кровь, вином и ломтиками разных фруктов. Молони отпил глоток, чувствуя, как терпкое тепло разливается по телу, и снова вернулся к бумагам. Он знал, что в следующем письме ему придётся быть осторожным, слишком многое зависело от того, как он сформулирует своё предложение.