Когда машина казалось уже её раздавит, колёса остановились, хлопнула дверца, и крепкие руки вытащили девочку наверх, Аня поразилась тому как смотрит этот молодой мужчина. Безо всякой злости, а просто с укоризной.
Тогда ей конечно же не дали оговорённых денег, сунув от щедрот рубль, но и то, было неплохо. Могли просто прирезать как ненужного свидетеля.
Что собирались сделать с мужчиной бандиты, Аня не знала, но догадывалась что ничего хорошего и старательно гнала от себя мысли об этом.
Зато ей хватило на тарелку супа, сорок копеек она отложила на оплату ещё одной ночи в ночлежке, а на остаток планировала позавтракать вчерашним супом в дешёвом трактире.
Но увидев на улице знакомую машину, остановилась словно вкопанная. Вся её жизнь бессмысленная и бесполезная, промелькнула словно вспышка перед глазами, контрастируя с этой, сытой и красивой жизнью. И она ясно и чётко поняла, что просто не хочет больше жить. Совсем. Никак. Не хочет побоев, голода, сальных взглядов, и потных рук. Не хочет вообще ничего. А поняв, успокоилась и чётко подгадав момент, шагнула под блестящий белой краской капот.
Будучи в слегка взвинченном состоянии Николай отследил изменение в положении человека, стоявшего у обочины, и когда тело стало заваливаться под колёса, мгновенно вывернул руль влево, и до пола вдавил педаль тормоза.
— Так, и кто тут у нас на этот раз? — Николай вышел из машины, и нагнувшись к переднему бамперу подал руку в белой перчатке девице в каких-то обносках скрючившуюся внизу. — Ба! Знакомые всё лица! — Воскликнул Николай немного куражась. — Но что-то я не вижу ваших друзей барышня. Ах, да, они же все в тюрьме. Но может кто-то ещё? — Он игриво оглянулся, но не увидев никого, уже серьёзно посмотрел на девочку, окинув с головы до ног. И что-то себе кивнув, за руку подвёл её к машине, усадил на заднее сиденье, захлопнул дверцу, сел сам, и давая машине ход, жестко бросил.
— Рассказывай.
Десяти минут пока лимузин неспешно катил по московским улицам хватило на всю немудрёную биографию, и то что брезжило перед Николаем неясной мыслью, встало чётким планом.
Он остановил машину, и склонившись через спинку сиденья повернулся к девочке.
— Значит так. Могу дать денег за беспокойство. Много дать. Могу отвезти в полицию, откуда ты поступишь на содержание государства. Жизнь будет небогатая, но голодать и носить тряпьё не будешь. Ну и третий вариант — я устрою твою жизнь по своему разумению. Выбор за тобой.
Мысли Анны кружились в голове вспугнутыми птицами, но как ни странно решение ей помогла принять Наталья, смотревшая на её спасителя такими влюблёнными глазами, что только одно это решило все колебания девочки.