— Да уж ты то… — Едко усмехнувшись произнесла Друцкая. — И сама вона как устроилась, во грехе живёшь… И Леночка тоже не отстаёт. Да говорят ещё и балерина Романова тоже захаживает… Смотри, как бы от дома тебе в Москве не отказали.
— Да пусть хоть меня вообще нигде не будут пускать. — Наталья весело расхохоталась. — Наплевать и на весь ваш свет, и на всех ваших кумушек. Как мой милый говорит: «Наплевать, растереть и забыть». Только болтать и умеют. А Николенька как обнимет, да как полюбит, аж искры из глаз сыплются. Да после него три дня не чуешь земли под ногами, все норовишь взлететь. А лет через пять, заделает он мне ребетёночка, и буду я самой счастливой бабой во всей Москве.
— Без мужа? — Анна Оболенская в ужасе округлила глаза.
— Без мужа, но от любимого! — Отбрила Наталья, и найдя взглядом Елену качнула головой в сторону мёртвого тела. — Лена, давай-ка уберём этот мусор, а то он мне весь пейзаж портит.
13 Конь в яблоках и гусь в яблоках — это две принципиально разные судьбы. Особой Канцелярии надворный советник Грибоедов, Александр Сергеевич
Центр Москвы, там, где раньше был расположен Пресненский район доходных домов, был полностью выкуплен банком Авангард, принадлежащий семье Второвых, и в течении полугода совершенно расчищен, превратившись в огромную строительную площадку. Как известно, в круге Большого Бульварного кольца запрещено всякое высотное строительство, но район Пресни, не относится к сему, и Второвы затеяв там грандиозное строительство хотят возвести целый городок высотных зданий в тридцать и более этажей, с грандиозным видом на столицу с самой высокой точки города. Кроме того, там будет своя мачта для приёма дирижаблей и многое другое, что уже сейчас вызвало небывалый ажиотаж среди Московского купечества, скупающего все, ещё не построенные квадратные метры будущих торговых и деловых площадей.
Мы решились спросить о перспективах высотного строительства у владельца одной из знаменитых московских высоток — князя Курбского, и вот что он нам ответил.
— Рост города ввысь — закономерный процесс характерный для всех крупных городов и паче того столиц. Это было немного заторможено войной, но уже сейчас Париж, Берлин и Лондон, вместо невзрачных трёх-пятиэтажных домов, начинают возводить и десяти и более этажные здания, освобождая место в городе под парки и дороги.
Владимир Гиляровский, Московская Вечёрка 1 ноября 1923 года.
Княгиня Звенигородская сидела в кресле, которое поставили прямо перед панорамным стеклом в салоне первого класса, задумчиво чистила яблоко, крошечным серебряным ножом и отрезая маленькие дольки жевала сладкий фрукт, но совершенно не чувствуя вкуса.