а никто не знает, как помочь… Ярко переглянулся с Велимирой. Та слегка кивнула. — Конечно, — твёрдо сказал юноша. — Я пойду с тобой. Вдвоём будет проще разобраться, что за тварь там поселилась. Марфа всхлипнула, на глазах её выступили слёзы благодарности: — Спасибо вам… Спасибо. Идите скорее, пока муж снова не решился туда лезть. Боюсь, в следующий раз эта нечисть его не отпустит… Велимира поднялась, накинула на плечи плащ, проверила, на месте ли мешочек с оберегами и нож для сбора трав. — Пойдём, — сказала она Ярко. — Посмотрим, что за пакость мутит воду в мельничном омуте. Они вышли из избушки. Утро набирало силу, солнце поднималось выше, заливая лес золотистым светом. Птицы пели всё громче, а ветер доносил запах хвои и влажной земли после ночной росы. Но оба знали: впереди их ждёт дело не из лёгких — не простая нечисть поселилась на мельнице, а что‑то куда более опасное. Глава  24. Разговор с водяным и русалками День выдался ясный, но над мельницей словно висела тёмная пелена. Велимира и Ярко подошли к берегу пруда, и сразу стало ясно: дело худо. Мельница выглядела заброшенной и зловещей — ставни покосились, крыша местами прогнила, а на дверях виднелись свежие царапины, будто кто‑то пытался проникнуть внутрь. Колесо мельницы почти не двигалось — оно было плотно оплетено скользкой тиной, которая пульсировала, будто живая. Вода в пруду бурлила без ветра, поднимая со дна тёмные клубы ила. От поверхности поднимался лёгкий пар, пахнущий гнилью и чем‑то ещё — едким, потусторонним. — Видал когда‑нибудь такое? — тихо спросила Велимира, вглядываясь в мутную воду. Ярко покачал головой: — Нет. Велимира расстегнула мешочек с оберегами, достала щепоть от туда и бросила в воду у берега. Смесь зашипела, коснувшись поверхности, и на мгновение вода стала прозрачной — настолько, что можно было разглядеть дно: там, среди водорослей и коряг, что‑то шевелилось. — Водяной! — громко и властно позвала Велимира. — Выйди к нам, поговорим! Вода в центре пруда забурлила сильнее, поднялась воронка, и Водяной медленно вынырнул из мутной воды — и Велимира невольно задержала дыхание. Перед ними предстал настоящий хозяин пруда: внушительный, но сейчас явно измождённый дух водной стихии. Его тело покрывала скользкая тина и длинные пряди водорослей, прилипших к плечам и спине. Зеленоватая кожа местами блестела, как рыбья чешуя, а в складках у локтей и колен виднелись мелкие ракушки — будто он провёл слишком много времени на дне, среди камней и ила. Длинная борода водяного, прежде пышная