— Что⁈

— Увы, колесики правосудия двигаются очень медленно. Мы тут с Берсом уже все извелись…

— Они упекли вас в Острог⁈

— Да нет, — я рассмеялся. — Я сейчас в кабинете кого-то из начальства. Скука смертная. Как у вас там?

Послышалось, как Зубр облегченно выдохнул. Ладно, больше шутить так не стоит.

— Страховщики всячески пытались вывернуться, но у них ничего не вышло. Они возместят нам ущерб в полном объеме.

— И слава богу, — откинулся я в кресле, почесывая Берса. — Что там с Настей? Нашли Красавку?

— Не знаю, я только проводил наших гостей. А что он снова что-то натворил?

— Кажется, убежал куда-то…

— Дзи-и-и-инь!

Раздавшаяся из-под стола громкая телефонная трель заставила меня вздрогнуть.

— Все, Василий, будь здоров. Ищите Красавку и делайте ему молочную клизму. У меня вторая линия.

Я отключился и, открыв ящик, вынул из стола телефон с катушечным набором. Судя по виду — седая древность, но как ни странно — рабочая. А еще очень громкая.

Уместив телефон на столешнице, я охренел — провод метров пять! И для чего такой? Чтоб людей к стулу привязывать⁈

Я схватил трубку.

— Слушаю…

— Прошка! — загрохотали на «проводе». — Где там инквизитор?

— Инквизитор… — скосил я глаза на дверь. — Работает.

— Я знаю, что он там не хер пинает. Чего у тебя с голосом? Пил опять вчера, да?

— Простудился… — кашлянул я в кулак.

— Ага, как же. Мне сказали, он вызвал даже мелкого Скалозубова. Видел его?

— Он приехал десять минут назад. Его уже раскололи.

— Так и знал, что все разговоры про его подвиги — просто байки. Хоть раз в газетах написали правду… Там никого с тобой нет?

— Никого.

— Хорошо. Значит так. Залезай в нижний ящик шкафа. Там двойное дно. Вытащишь оттуда все бумаги, которые найдешь, и спалишь их к чертовой матери. Только чтобы тебя самого никто не спалил, понял⁈

— Есть. Спалить все, что найду, к чертовой матери!

— Смотри, если хоть одна душа тебя засечет! Вместе со мной под трибунал пойдешь! Все, давай мухой! Я в город и носа не суну, пока его преосвященство не свалит. Отбой.

И трубка замолкла. Бросив ее на рычаг, я едва не расхохотался и пошел искать «сокровища» владельца данного кабинета.

Нашел их довольно быстро — в ящике и вправду оказалось двойное дно, под которым скрывались несколько папок с документами. Прихватив их, я нашел неподалеку сумку и засунул внутрь все до последней бумажки.

Едва вернулся в кресло, Берс зарычал и выскочил на ковер.

В следующий миг дверь ударилась ручкой о стену, а на пороге показалась черная фигура инквизитора.

— Борис Сергеевич, доброе утро, — кивнул я ему. — А вас только за смертью посылать. Берс, фу!