— И на кой черт им пришло в голову притащить из Москвы звезду? — спросил я, вернув машинисту его «сокровище».

— В ней крылся океан силы, Евгений, — покачал головой Ян Клавдиевич. — Не знаю как так получилось, но звезды, как говорят, могут ослепить, если смотреть на них без защитных очков. И почти весь путь назад ваш отец забирал оттуда энергию, но не для собственных нужд. Зубра в Москве тяжело ранили, и сила понадобилась, чтобы он не откинулся прямо в дрезине. Мы с вашим отцом справились. А в ГАРМе, к счастью, звезду конфисковали.

— К счастью?

— Да, — кивнул машинист. — Ваш отец даже треть силы оттуда не смог забрать, когда Зубр более-менее пришел в норму. Звезда была настолько мощная, что поглотить ее даже для опытного мага — задача не из легких. Ваш отец рисковал сам помереть от такого чудовищного наплыва, хотя за ним уже тогда закрепилось прозвище Мертвец, из-за его привычки пропадать в Москве целыми месяцами.

Я знал, что Женин папа был не простым ликвидатором, но теперь выходило, что он, ни много ни мало, местная легенда.

— Михаила даже пару раз списывали как пропавшего без вести, — продолжил Ян Клавдиевич. — Но он всегда возвращался. Вон как наш Алексей Георгиевич. Он тоже на Нексусе любит задерживаться сверх меры.

— Кхм! — Жук посмотрел на языкастого с таким видом, будто сейчас выкинет его из дрезины.

— Молчу-молчу, — машинист закашлялся и закрыл себе губы на «молнию».

— Вы тоже черпали силы из звезды? — спросил я Яна Клавдиевича.

— Нет, я побоялся к ней даже пальцем прикоснуться, ибо я хоть и маг, но моя Искорка всегда была слабенькой. Еще лопну от натуги.

— Пусть звезду конфисковали, а что с отцом?

— А его под белые рученьки и на допрос в инквизицию. В первый раз.

— Даже так?

— Дело серьезное и попахивало трибуналом. К этому можно пристегнуть что угодно — от юношеской безалаберности, до попытки саботажа. Все-таки мы все — слуги Императора, и наши жизни мы не имеем права расходовать на «ерунду», да и без одобрения свыше в Москву соваться запрещено. Я уж порою думал, что все — песенка Мертвеца спета, ан нет. К счастью для вашего отца, слухи о том, что студент умудрился вытащить из Кремля звезду просочились за пределы ГАРМа. Этим заинтересовался даже Император, и поговаривают, что именно он и спас вашего папеньку от тюрьмы.

— И что? — осторожно спросил я. — На башнях этого Кремля до сих пор остались такие звезды?

— Да, но лично сам я их давно не видел. Я дальше Люберец в последнее время не подхожу. Тот поход до сих пор снится мне в кошмарах.

— И они ходили вдвоем?

— Нет. Всего парней было десять, и они были лучшими. В ГАРМ вернулись лишь двое. Да я, машинист.