— С удовольствием!

Я поднялся и галантно протянул инквизиторше руку.

* * *

Скоро их встретили люди в черном и помогли вытащить вагонетку наружу. У выхода из штольни ее поставили на тормоз и окружили с таким видом, словно перед ними была на куча барахтающихся тел, а тележка с пивом.

Маша могла выдохнуть:

— Забирайте! — кивнула она и, не выпуская лопату из рук, обессилено присела на пенек. Рядом опустились ее помощники.

Вокруг вагонетки столпились четверо инквизиторов, и один из них сдернул черный брезент:

— Так-с…

Выражения лиц нексопоклонников были достойны картины маслом — «мы попали».

— МЫ ЗАПЛАТИМ!!!

Инквизиторы переглянулись и, ухмыльнувшись, похватали воющих предателей под белые ручки. Рядом клиентов ждала черная машина, дверь которой была гостеприимно раскрыта нараспашку. Внутри сидел мрачный тощий человек с сигаретой в зубах и миловидная девушка.

— Да здравствует Император! Да здравствует Иоанн! — завизжал первый на очереди на вскрытие, за что получил удар в рыло.

— Мы… виновны… не хочу… спать, мама… — бормотал его дружок, которого проносили одним из последних.

— Быстро они, суки, — проворчал Михаил, закуривая. — У половины уже, походу, мозги в трубочку заворачиваются.

— Плевать, — покачала головой Маша. — И так, и так смерть достойная предателя. Свихнешься либо усилиями Нексуса, либо в руках ментала.

— Тоже верно. Но я бы предпочел, чтобы они попали к менталу еще башковитыми. Так они хотя бы осознают в полной мере, ЧТО с ними сейчас будет.

Маша отвернулась. Смотреть на процесс «вскрытия» ей хотелось меньше всего. Надо было быстрей вернуться в шахту и отыскать в этих бесконечных туннелях Женю.

Но… где именно?

Тут послышался шум двигателя, и к ним подкатила еще одна машина — на боковине сверкал герб ГАРМа.

Дверь открылась, и на землю упали сходни.

— Где они⁈

Зарываясь колесами в траву, смертельно бледный ректор Зазубрин покатился к связанным нексопоклонникам, которых штабелями укладывали на землю.

Половина из них уже вовсю пускала слюни и несла всякий бессвязный бред, а первый клиент уже сидел в машине, где с ним развлекался ментал. Миловидная барышня стояла, облокотившись о машину, и покуривала сигарету. Пепел она стряхивала на затылок одного из лежащих у ее ног нексопоклонников.

— Это мои курсанты! — заявил Зазубрин. — Я сам пообщаюсь с ними!

Ему навстречу вышел один из инквизиторов.

— Простите, ваше сиятельство, но это дело инквизиции, — сказал он, но тут же отскочил, словно ужаленный. Трава вокруг Зазубрина зашелестела.

— Это в первую очередь дело ГАРМа, а только потом уже инквизиции, — пробурчал ректор, смерил инквизитора злобным взглядом и поехал дальше.