— Эмм… — протянула Настя, опешив от такого вопроса. За прошедшее время он ни разу не упомянул ГАРМ, а тут на тебе!

— Ну чего мычишь как корова? Говори прямо. Надоел я тебе, да?

— Нет, дедушка, как можно?

— Надоел, по глазам вижу. Не терпится снова попасть на зубок к нексу? Совсем про деда на думаешь?

— Нет, но это мой долг, дедушка.

— Твой долг⁈ — хмыкнул Саблин. — Твой долг — находиться здесь, а не прыгать по Монолитам с саблей в руке! Если ты там погибнешь, то что будет со всем этим⁈

И он обвел рукой всю шикарную обстановку.

— Но…

— Не перечь мне! — дернул щекой дедушка и допил бокал. — Долги у нее… Рано или поздно, ты зайдешь в Монолит и не выйдешь. От тебя даже трупа не останется, чтобы я смог его оплакать…

— Дедушка, не говори так.

— Ладно бы у тебя у самой были дети. Так нет же!

— Я еще молода…

— И глупа! Сколько раз сюда приезжал княжич Болконский с бабкой? Раз пятнадцать, да? Вот старая кошелка и накануне приезжала, и что? Ты все воротишь нос, хотя давно могла бы выйти замуж, родить ребенка и продолжить род Саблиных. А потом вали куда хочешь. Хоть в ГАРМ, хоть к черту в котел! Но хоть раз подумай про род, а не про свой ветер в голове!

Настя хотела возразить, но дед лишь отмахнулсяэтим самым жестом, который не терпел возражений.

— Хватит… засиделась в девках…

Настя вспыхнула.

— Сначала твоя мать пошла поперек моего слова, — бурчал дедушка, наполняя очередной бокал. — Спуталась с этим выскочкой Скалозубовым. Я-то хотел выдать ее за Воротынского, а она вон как… Предала, опозорила род! Нет! — потряс он пальцем у Насти перед лицом. — Не позволю! К тому же, на днях обещался приехать жених. Познакомишься.

Он свернул глазами и выпил вино одним махом.

— Кто?..

— Владимир Воротынский. Его отец помнится страшно оскорбился, когда узнал, что Виктория вышла замуж за Скалозубова, а он остался с носом. Надо восстанавливать старые связи, укреплять род — ради нас, ради Империи…

И он оглянулся на портрет Императора, который висел над его столом, и поднял новый бокал.

Настя дышала все быстрей. Князь отпил:

— Чтобы к его приезду выглядела на все сто, милая моя.

— Нет, — слетело с языка Насти, и она сама испугалась своей смелости.

Дедушка поперхнулся.

— Что ты сказала⁈

— Я сказала «нет», — ответила Настя и сделала шаг назад.

Ноги начали подкашиваться, а руки предательски дрожали. Так страшно ей не было даже во время своего первого рейда. Даже когда Химера бежала по пятам сердце так не заходилось…

Князь закашлялся и начал подниматься на ноги. Один глаз дергался, а перекошенное лицо покраснело. Он хотел что-то сказать, но не смог и снова разразился тяжелым сухим кашлем.