— Добро, — крякнул Пахом Михалыч, не отрывая задумчивого взгляда от лежащей на столе пачки очень крупных купюр.

И я начал рассказывать… Моё повествование стартовало с момента, когда Ольга таки прорвалась ко мне в палату, где я приходил в себя после того самого инцидента.

Я рассказал, что уже тогда приступил к постепенному осмыслению огромного массива информации, неожиданно всплывшего в моей памяти.

Чтобы как-то объяснить его появление, высказал безумную гипотезу про генетическую память. Затем упомянул про частичную реинкарнацию, потом ещё наплёл про то, что это всё могло появиться в результате каких-то возмущений в ноосфере… Всё это я вещал с умным видом, разумеется. Жонглировал всякими оккультными терминами и прочими умными словами, даже про материализацию чувственных идей вспоминал… В общем, по-всякому наводил тень на плетень.

Таким образом, я предоставил своим благодарным слушателям широчайшее поле для догадок и предположений, заодно и укрепив их в той мысли, что сам я ничего не понимаю толком, и приставать ко мне с вопросами на эту тему — дело гиблое и заведомо бестолковое.

А затем я перешёл к материям более приземлённым, то есть повёл свой рассказ о том, как начал применять полученные знания на практике.

Рассказ о моём визите в Чайна-таун за ингредиентами оставил у моих слушателей очень яркие впечатления.

Если дядька старался больше слушать, то Ольга своё девичье любопытство даже и не пыталась сдерживать, а потому её наводящие и уточняющие вопросы сыпались горохом.

— Так значит это ты там свой мини-арбалет купил?

Не успел я толком на этот вопрос ответить, как она тут же переключила своё внимание на почтенного Хо и его внучек и с ходу начала спрашивать уже про них.

И если бы дядька опять на неё не цыкнул, я бы окончательно запутался бы в этих бесконечных вопросах…

С горем пополам я таки закруглил рассказ о своём первом визите в китайский квартал. Больше всего времени, кстати, в этом рассказе заняло повествование о моей гонке на выживание с Цзян-ши, который упорно меня преследовал, пока я деньгами швыряться не начал. Экшн — любимый жанр во всех мирах и во все времена, однако.

Выслушав меня, дядька выразил мне своё искренне сочувствие, так как сам он, как оказалось, тоже имел несчастье встретиться с этим видом нежити. Было это, правда, давненько — во время одной из его первых командировок в Монголию.

Мои наивные попытки развести его на рассказ о тех событиях он безжалостно пресёк:

— Это я потом расскажу, а сейчас ты рассказывай.

Я залпом выпил стакан ядрёного кваса, чтобы промочить уже начавшее саднить горло и продолжил.