На что я ответила:

— Меня зовут Рейнер Вера Александровна. Я чело…

Не договорив, захрипела от мгновенно скрутившей тело ослепительной боли. Все мышцы буквально выворачивало наизнанку. Несколько электроразрядов буквально прошили мое тело от макушки до пяток. Заставляя выгнуться дугой на полу, завыть и захрипеть от пронзительной боли.

Доктор лишь равнодушно улыбнулся, и добавил, давая мне маленькую передышку.

— Ну как, ты все поняла, номер 9?

— Пошел ты на хрен, урод! — успела выдохнуть я, прежде чем все тело снова скрутило от электроразряда.

Сколько они меня так истязали, я не помню. Чередовали избиение спине дубинками, с разрядами от ошейника. Я уже упоминала, какая гадость этот ошейник? Ну так вот, убедилась на собственном опыте. Осознала по полной, каково бы тогда бедным архонкам.

Свернулась на полу, стараясь прикрыться от ударов. Хоть как-то защититься от этих тварей.

Слегка приоткрыла чуть припухшие глаза, как раз вовремя. Чтобы увидеть, как Мразин достает свой отросток с вполне определенными намерениями. И с ужасом понимаю, что оказалась в шаге от самого настоящего изнасилования. Затряслась, заскулила, попыталась отползти подальше. Почти не ощущая избитого и истерзанного тела. Готовясь к неизбежному…

— Не трахать ее! Не трогать ее! Прекратить! Вы слышали, ублюдки? Она мне нужна живой и чистенькой! И судя вот по этим записям, — Креймер потряс электронным планшетом, — Она может быть беременна! Так что, у меня на эту суку имеются свои планы! — Пришла неожиданная помощь. Отдал приказ док Креймер, затем схватил меня за волосы, и потянул до боли, заставляя поднять голову. — Повезло тебе, шалава! Открой глаза! — Я не подчинилась. Не желая смотреть на ублюдка. — Ну, тем хуже для тебя. Номер 9. — И обратился уже к охранникам. — В лабораторию ее. И не трогать! Узнаю, что трахнули, оторву ваши причиндалы сам лично, без наркоза. Отпилю тупым ножом!

Охранники побледнели, и кивнули.

— Понятно, босс.

Уже в полубессознательном состоянии схватили за руки и выволокли из камеры.

— Постойте, — донеслось недовольное в спину, — сначала в смотровую. Нужно кое в чем убедиться.

Охранники развернулись вместе со мной, подхватили под руки, поволокли в смотровую. От оглушающей боли помутилось зрение, затуманилось сознание. Я все ощущала словно через толщу воды. В теле болела каждая мышца.

Они затащили меня на какое-то кресло, очень напоминающее гинекологическое. Пристегнули ремнями руки, ноги и голову. Не обращая внимание на слабое сопротивление.

Я почти охрипла от криков, ослабла, оказалась на грани обморока, когда почувствовала, как Креймер грубо ввел в меня два пальца, проводя гинекологический осмотр.