— Мария Михайловна, а нам надо Константина дождаться? — уточнил я, заметив, что едем мы к небольшой площади, посреди которой солдатики спешно возводили укрепление из мешков.

— Да, — кивнула Малая.

— Дружище, давай дождёмся этих людей! — попросил я водителя.

— А если меня тут сожрут… — завёлся он с пол-оборота, но я положил руку ему на плечо и ласково перебил:

— Ну тебя и так сожрут, если захотят! Твой автобус прикрывает щитами всего один человек, а ещё двое могут прикрыть огнём. И это ни о чём. А на выезде из города мы точно встанем в пробку. И будем стоять, как бараны, глядя, как мимо проносятся машины с мигалками.

Водитель засопел, упрямо выпятив челюсть, но ругаться на сей раз не стал. С учётом того, как мужика штормило на нервной почве, это определённо был успех.

Который я продолжил развивать:

— Дождёмся Константина: это старший следователь особого отдела полиции. Приедет он наверняка не один. С коллегами, на служебных машинах. И помчимся мы с ветерком и с теми самыми мигалками. А место тут, чтобы постоять, хорошее. Вон и воины имеются под боком. Ну что тебе стоит-то подождать?

— Начальник сказал, чтобы без задержек! — выдвинул водитель последний аргумент.

— Так мы и не скажем никому! — утешил его я. — Мы ведь тоже хотим без задержек. Только сначала дождаться бы полицейских, чтобы с ними ехать. И вот тогда точно будет без задержек.

— Ладно… Ладно, уболтал, — сдавшись, отмахнулся водитель. — Скоро этот ваш Константин будет?

— Десять-пятнадцать минут! — ответила Малая, незаметно пожав мне руку. — Федь, тебе стимулятор дать? А то ты, похоже, спишь на ходу.

— Если есть, буду очень признателен, — кивнул я.

— Есть… — она вернулась к своему месту. — Алексей Павлович на другом автобусе уехал, но выдал мне аптечку. Там и стимуляторы есть.

Стимуляторы оказались, что удобно, сразу в шприцах. Точнее, брызгунах или укольниках, как они назывались в этом мире. Прижав эту штуковину к мышце, я недрогнувшей рукой ввёл себе раствор.

И это вызвало у сестры очередной приступ язвительности:

— Полезная штука — служба. Как быстро тебя научили всяким гадостям: рано вставать, других убивать, всякую дрянь в себя ширять…

— А ещё старших слушать, кашу кушать и орать «так точно!» — не стал спорить я, откладывая опустевший шприц.

— Вижу, мой брат ещё тут, — неопределённо хмыкнув, кивнула София. — А то я уж подумала, что подменили тебя…

Десять минут я всё-таки сумел подремать, пока стимулятор ещё не подействовал, а Костя не прибыл. А вот дальше опять стало не до сна.

Особый отдел, к слову, тоже примчался не один: из-за служебных машин испуганно поблёскивали окнами ещё три автобуса.